Из динамиков, прерывая тихую мелодию радио, раздался звонок телефона. Я было повернулась посмотреть кто там, но Алес уже принял вызов.
— Ты на громкой.
— Хватай свою малявку и катите сюда, — с места в карьер начал динамик голосом того самого врача-садиста, — Я тут посмотрел медкарты, у нее завтра надо осматривать ногу и, может быть, продлевать освобождение, а у меня конференция, так что выделяю вам время сегодня.
Бли-ин… Я с ужасом воззрилась на Алеса, но он, продолжая смотреть на дорогу, согласился! Нет! Не хочу к этому садюге ехать! Алес сбросил звонок, и только тогда я осмелилась просипеть:
— А может, в другой раз?
Меня наградили тяжелым взглядом и даже не прокомментировали мои слова. Наоборот, он съехал на объездную дорогу, и вскоре мы уже летели в обратную сторону. Хотя тут я вру, мы не летели, а вполне прилично ехали, в кои-то веки соблюдая правила дорожного движения. Ну ясно. Пора морально подготовиться к встрече с как-его-там, Генрихом, вроде, раз у Алеса нет совести!
Глава 19
Чем ближе я подходила к кабинету, тем страшнее становилось. Раз десять я спросила: «А может не надо?» — и три раза попыталась улизнуть. Но, у Алеса было плохое настроение и хорошая реакция, так что…
— Здравствуйте… — затравленно промямлила я, заходя в кабинет. Генрих поднял на нас глаза и, кивнув, встал из-за стола.
— Садись, — мне махнули на кушетку, и я послушно на нее опустилась. У-у… Брошенный на Алеса взгляд дал понять: я, вместе со своими страхами, его интересую в последнюю очередь. Он уселся в кресло у стола и уставился в окно, потеряв к нам интерес. Ну и пусть. Ну и ладно. Обиженно надувшись, стянула ботинок и печально посмотрела на перебинтованную лодыжку.
— Ну как, по ощущениям здорова? — присаживаясь передо мной на корточки, спросил Генрих. Не удосужившись узнать мое мнение, он начал разматывать бинт, ввергая мою несчастную лапку в мир холода. Еще и пальцы ледяные.
— М-м… Поначалу сильно болела… Очень даже. Но сейчас уже вообще не болит, так что, думаю, здорова.
— Да, Алес приходил за таблетками… — не совсем в тему прокомментировал Генрих, быстро ощупывая ногу, — Вроде все в порядке. Встань, посмотрим.
Послушно поднявшись, я с опаской наступила на ногу, игнорируя холодный пол. И-и… ничего не болит. Все хорошо! Ура?
— Отлично… Обуйся и попрыгай, — не отвлекаясь от задумчивого созерцания моих ног, сказал он. Эм…
— Что?
— Что? — на меня бросили абсолютно серьезный взгляд, — Я смотрю, нормально все или нет, так что обувайся и прыгай.
Что за проверка такая дурацкая? Но и в этот раз я послушно обулась и пару раз подпрыгнула. Кивнув своим мыслям, Генрих отошел к столу и, сев, достал какие-то бумажки. Ага. А мне что делать?
— Это все?
На секунду он все же оторвался от написания чего-то и в очередной раз кивнул. И этот туда же. Почему меня все игнорят?! Недовольно пыхтя, я нормально надела носок и застегнула ботинок. Даже брюки поправила, после чего уселась на кушетку ожидать вердикта. Который последовал, правда, не в мою сторону.
— Тут рекомендации, что нельзя пока делать и как разрабатывать ногу. Плюс, если начнет отекать, там я написал мазь, — обращаясь к Алесу, сказал Генрих и, еще раз просмотрев все записи, передал ему лист. Алес, в свою очередь, даже не заглянул в него, просто сложил и убрал во внутренний карман куртки. Потом поправил воротник и спросил:
— Все? Можем идти?
— Да, конечно.
Я подскочила с места, готовясь выйти из этого жуткого кабинета, даже очень бодро пошла за Алесом к двери, когда его окликнули:
— О, кстати, забыл: с днем рождения.
Мы оба застыли. Я от удивления, а Алес… а вот непонятно. Смотря на него, невозможно было распознать, что за эмоции он сейчас испытывал. Но выглядело… Страшновато.
— Спасибо, — спокойно и лаконично отозвался он, подошел к столу, с непроницаемым лицом забрал протянутую коробочку и, все же открыв дверь, вышел в коридор. Ну надо же… До первого этажа мы дошли в молчании, но шило в моей филейной части не желало успокаиваться. Это же такая новость! Я-то все гадала, когда оно… Пару раз порывалась спросить, но флер угрозы вокруг Алеса заставлял раз за разом закрывать рот. Правда в итоге…
— У тебя сегодня день рождения?
Да-да, не сдержалась! Ну серьезно, любопытно же! На меня бросили мрачный взгляд, но ответили так же спокойно, как и Генриху до этого: