Ты, снова ты, ну и от пули во лбу у придурка, ткнувшего меня ножом, я бы не отказался. Интересно, чем она думает, спрашивая подобное? А, впрочем, о чем я? Понятно, чем, альтруизмом. Непонятно только, как ей отвечать.
— Если принесешь воду из холодильника, буду очень благодарен.
Снова кивнув, она молча выскользнула из комнаты и прикрыла дверь. Хм… Я нахмурился, поняв, что Кай все еще в том платье. Только теперь оно слегка заляпано моей кровью, и, похоже, на шнуровке разошелся шов от неосторожного движения. Да ладно… Кай серьезно всю ночь тут сидела? Покачав головой, я осторожно поднялся, стараясь не обращать внимание на боль, и, вытащив иглу из вены, подвесил ее к капельнице. Следующим пунктом добрался до уборной, а вот когда вышел, обнаружил в комнате фурию во плоти. Ну ладно, преувеличиваю. Уменьшенную копию фурии во плоти.
— Что? — спросил я, увидев крайне недовольный взгляд синих глаз.
— У тебя швы разойдутся, — припечатала Кай, наблюдая за тем, как я ложусь обратно. Иглу на место возвращать не стал: капельница все равно почти закончилась, да и, по ощущениям, больше мне не нужна. М-да… Интересные у нее предъявления к взрослому мужчине. Я пристально на нее посмотрел, надеясь, что до нее дойдет смысл сказанного. Потом перевел взгляд на дверь в ванную, снова на нее и вскинул бровь. Нет? Не доходит? Кай покосилась в сторону, нахмурилась… и сделала максимально независимый вид. Прелесть. Нет, ну какая прелесть! Мне протянули бутылку.
— Еще что-то?
Тебя, пожалуйста. Хмыкнув, я открутил крышку и, сделав пару глотков, прищурился.
— Куколка, ты моей личной сиделкой заделалась?
Она со странным выражением на лице передернула обнаженными плечами. И что это значит? Силы поиграть в ее игры были, но вот желания… даже несмотря на то, что это Кай, оно отсутствовало.
— Малыш, серьезно.
Нахмурившись, Кай исподлобья на меня глянула… и кивнула. Клянусь, не сдержался! Мои брови улетели чуть ли не на затылок, а челюсть пробила пол.
— Прости? — на всякий случай переспросил я. Да потому что бред!
— Серьезно-серьезно, — буркнула она в ответ и, вооружившись градусником, направилась ко мне. К окончательно шокированному мне. С чего вдруг? Я явно не понимаю что-то в этом мире… и в Кай в частности!
Позволив ей поставить градусник, я еле сдержал себя, когда ее пальцы добрались до повязки на животе. И нет, не в том смысле. Я еле удержался от того, чтобы перехватить ее руку. Ну не могу я пока усмирить свою паранойю! Да и сложно терпеть Кай в такой близости. Издевательство же… Она быстро осмотрела шов, а потом потянулась за тюбиком с мазью на тумбочке. Хм, мне кажется, или состояние собственных рук ее не волнует. Однозначно!
— Стоп-стоп, куколка, — я все же перехватил ее запястье. Синие глаза мгновенно встретились с моими, и я проследил, как в их глубине вспыхивают искорки недовольства. Какая прелесть… Отвесив себе мысленную оплеуху, продолжил:
— Руки помыть не хочешь? Я против кучи заразы в своей крови!
На ее лице отразилось непонимание, потом она перевела взгляд вниз и, протянув себе под нос «а-а», потянула руку на себя. М-да… Это на нее так недосып влияет или что? Кай встала и скрылась за дверью ванной. Проводив ее задумчивым взглядом, я окончательно констатировал, что шов у шнуровки таки разошелся. Почему она не подумала переодеться? Ее одеяло лежало на другом конце кровати, то есть она в комнату все же заходила. Странно… Тут мне в голову пришло еще кое-что: Кай боится крови. Но смывать ее с рук вообще не стала, там лишь виднелись разводы, будто она возилась с водой, но особо смыть что-то не пыталась. Да и когда я попробовал отправить ее спать вчера, только отрицательно качала головой, будто находясь в состоянии какой-то прострации. Предположения на счет ее состояния у меня имелись, вот только… Неужели ее это до сих пор до такой степени мучает?
Будучи учеником Элиен, хоть и не официальным, ведь на тот момент учился в средней школе, а не в академии, я периодически принимал участие в ее делах. Она таскала меня на приемы, устраивая лекции на ту или иную тему, один раз взяла на задание, тоже с последующей лекцией… А однажды ее дочь похитили. В тот момент я поразился, с какой скоростью человек, особенно женщина, может взять себя в руки. Метнувшись из стороны в сторону по тренировочному залу, где мы были в момент, когда ей позвонили, она резко остановилась и, сделав глубокий вдох, замерла, прикрыв глаза. Я не знал, что делать, и старался не отсвечивать, стоя у снаряда, с которым работал, поэтому миг, когда она со свистом выдохнула и распахнула наполненные яростью зеленые глаза, уловил очень четко. Да что там, я струхнул и еще как! А потом мысленно подписал приговор похитителям Алессандры, ибо первой фразой Элиен стало: