— Мы с тобой дома пообщаемся.
Щелчок камеры прозвучал слишком громко, но вздрогнула я не от этого. Просто месть местью, вот только… Садизм Алеса никто не отменял. Впрочем…
— Конечно, — теперь я уже не «почти мурлыкала», мой голос был мягче любого бархата, — Поговорим о… Моральном облике мастера и ученика.
Меня мгновенно отпустили. На секунду пронзили убийственным взглядом, после чего развернулись и размашистыми шагами покинули площадку. Так тебе, изверг! Наблюдать за бегством великого и ужасного мне понравилось, так что я с широкой злорадной усмешкой смотрела ему вслед. Жаль, недолго. Софиты ощутимо грели кожу, и пришлось выйти с площадки.
— Это было шикарно, но чтобы больше без указаний подобного не было, Алессе, — вдруг произнес Жак, когда я проходила мимо. Обернувшись, вопросительно вскинула бровь. А что не так?
— Ты же хотел огня? Вот тебе огонь.
Вышло немного язвительно, но не страшно. И вообще, на Жака я злилась, потому что, если бы не его дурацкие указания, ничего бы не было. И я бы не сползала по этому придурку, как последняя… Как последняя шлюха!
— Огонь и неприкрытое злорадство — разные вещи, — мне вдруг улыбнулись, — Впрочем, мне понравилось. Хотя ты чуть не испортила образ.
Улыбнулась в ответ. Конечно, дорогой. Ко мне потеряли интерес, как только компьютер пиликнул, сообщая о подключении устройства. Так что я, чеканя шаг, дошла до гримерки, чтобы… столкнуться с Алесом. Отлично.
— Жду внизу. Десять минут — максимум, — уже более-менее нормальным тоном выдал он. Мысленно хмыкнув, кивнула и, открыв дверь, скрылась в гримерной, где яростно помолотила пуфик ногами. Эти два противных мужика меня бесят! Бесят!
В машину садилась спокойной, как атомный ледокол. На моем лице даже ни один мускул не дрогнул, когда я случайно встретилась с темным взглядом черных глаз. Вот только если бы внутри я была такой же спокойной, было бы совсем замечательно. Но нет в мире совершенства! Еще в гримерной, пока меня быстро распаковывали и смывали грим, я поняла, что, какой бы сладкой ни была месть… Господи, что я творила, что творила… Насколько надо было свихнуться, чтобы творить что-то подобное на глазах у всей съемочной команды?! А по отношению к Алесу-садисту-извращенцу? Что ему теперь в голову прийти может… Желание вцепиться себе в волосы и тихонечко взвыть подавила усилием воли. Не здесь и не перед ним. И так уже натворила дел! Дура, Лесса, какая же ты дура! Стыд захлестнул с головой, стоило мозгу «услужливо» подкинуть воспоминания о моей реалистичной фантазии, о том, что было дальше… Как мне сегодня спать ложиться-а?!..
— Значит так… — с какой-то затаенной угрозой начал Алес, на полной скорости вылетая на трассу. Внутри все вздрогнуло. Невольно вспомнилась схема «он бесится, я бешусь, осуществляю месть, он снова бесится, потом мы бесимся оба, а получаю я». И вот, собственно, на каком моменте мы? Кажется, на «получаю я»…
— Еще раз подобное устроишь — накажу. На полном серьезе, — он действительно говорил спокойно, так, чтобы до меня дошло. А до меня не дошло! Что значит накажет?! Сколько раз слышала с начала года, достал… Я уже собралась ответить, но он не дал, — Предупреждаю сразу: ты там заикнулась о моральном облике? Так вот тебе к сведению, за неуставные отношения в договоре есть отдельная статья. Тебя отчислят без права на восстановление, а меня уволят. Доступно объяснил или повторить?
Я хмыкнула.
— Что-то мне не показалось, что ты заботился о нашем моральном облике, когда устроил там непонятно что. Да и когда до этого…
— Я делал ровно столько, сколько просил Жак. А до этого, — он опасно прищурился, — У меня достаточно мозгов, чтобы это не просочилось куда не нужно, а ты под договором.
Да как он… Внутри поднялось не просто возмущение, глухая ярость.
— То, что было на площадке выходит за все рамки!
Теперь на меня посмотрели гораздо внимательнее. Гордо вскинув подбородок, смерила его ответным взглядом. Да, злилась. Да, бесилась. Потому что он!.. «Потому что он опять сводит меня с ума, но теперь не только в мыслях…» Признавать, что злюсь сама на себя, не собиралась.
— Что именно?
Ах ты… Резкий выдох вырвался из моей груди. Что именно? Что именно?! Уже успев открыть рот я… Закрыла его. Потом снова выдохнула и, скрестив руки на груди, отвернулась к окну. Я думала о нем. Я ощущала его касания. Я прижималась к нему всем телом, позволяя делать с собой все что угодно. Я ощущала его дыхание на своих губах. Я почти коснулась его губ своими. Я…
— Молчим? Понятно…
Все равно. Почему-то эта мысль заставила сердце подпрыгнуть. Ему все равно, голос звучит так буднично и спокойно… Но почему я так нервничаю? В голове закрутился вихрь из мыслей, среди которых ни одна не смогла оформиться во что-то целостное… Мы въехали на наземную парковку, и Алес, припарковавшись, заглушил мотор.