— Уличные приемчики применяем? — подозрительно тихо начал он и прищурил черные глазищи, в которых буквально на долю секунды мелькнуло бешенство.
— А ты про них тоже ничего не сказал, — съязвила я в ответ и напряглась, когда Алес еле заметно качнулся в мою сторону.
— О, ну конечно. А про то, что за такое будешь бегать до рассвета я тоже промолчал?
Вот же… Сжав зубы, ничего не ответила и отвела взгляд, хотя мне резко захотелось его убить. Или нет. Убивать, это слишком, но стереть эту улыбочку с его лица я была бы не против…
— Надевай экипировку и вперед, полоса жаждет твоего внимания, — ехидно заключил Алес и, поднявшись, отошел. Черт подери, как же он меня бесит! Я пронзила убийственным взглядом обтянутую темно-зеленой футболкой спину, но все же направилась к стене, где сбросила на пол сетку с защитой. Мысли путались от злости, и приходилось прикладывать максимум усилий, чтобы не разорвать тонкую ткань сумки. Из-за того, что он снова стал причиной моего бешенства, в памяти всплыл сегодняшний позор на фотосессии, и теперь в сердце бушевал дикий коктейль из ярости, стыда и обиды. Причем на что именно я опять обижалась, даже для меня оставалось загадкой. Но то, что от этого мне еще сильнее хотелось прибить одну белобрысую свинью, что сейчас терпеливо ждала, пока я подойду к нему, неоспоримый факт!
— Вперед, открываешь дверь и направо, — сообщил он, едва я надела маску. Ладно, Лесса. Вдохни и успокойся. В конце концов, осталась буквально неделя с небольшим до промежуточных, и если ты не научишься проходить это испытание, то провалишься. А если провалишься, то не стать тебе крутым киллером, которым ты хотела. Таким, как мама. Таким, как… Агрх! Сжав зубы, тряхнула головой, повернулась в нужную сторону и остановилась, ожидая указаний.
— Три шага вперед и сетка.
Послушно делаю и опускаюсь на колени, чтобы привычно пошарить рукой в поисках сетки…
— Опять?! — шипит Алес, а я почему-то несмотря на собственную злость, отмечаю, как разительно отличается его живой голос от того, что слышится из динамика. Только это понимание не мешает мне недовольно ответить:
— Ну что?! Я не специально!
Алес шумно вздохнул и мрачно процедил:
— Ползи уж.
Вот спасибо, разрешил. И чего ты вообще им восхищалась, Лесса? Каким там голосом? Он сегодня мало того, что на фотосессии издевался, так еще и опять на тебе свое недовольство вымещает! Бесит меня…
— Опусти задницу ниже!
Молчу, при том, что очередная пластиковая пулька больно впилась в поясницу сквозь одежду. И даже пытаюсь выполнить указание, но снова слышу из динамика рычащее:
— Десять беговых кругов. Ты глухая? К полу прижмись!
— Уже! — все же не выдержала я. Не, ну серьезно! Некуда прижиматься, и так синяки будут от карабинов!
— Да ничего подобного. Между тобой и полом сантиметров двадцать, если не больше. Я предупреждал, что мишень тебе там нарисую?!
Предупреждал. А я предупреждала, что устрою тебе инфаркт за это?! Но, естественно, вслух я этого не высказала, потому что была вероятность, что вместе с этой фразой из моих уст вырвется что-нибудь нецензурное, за что я потом получу. Так что в молчании продолжила ползти, теперь уже точно распластавшись по полу. Металлические крепления больно впились в живот и бедра, двигаться стало значительно неудобнее, но, по крайней мере, Алес перестал на меня орать. Ненадолго. Стоило перейти к другому препятствию… М-да. Очередная пулька впилась в шею, а в наушнике прозвучало возмущенное:
— Не, ну может тебе встать на четвереньки и ползти с вытянутой рукой? Я же сказал, несколько планок, просто проползи, зачем ты поднимаешься и ищешь их?! Десять кругов по препятствиям!
Затем, что каждый раз, когда «просто проползаю», я роняю хотя бы одну из них, и ты заводишь песни на тему моей поднятой попы и беговых кругов. Так что даже не собираюсь ложиться и ползти, я лучше каждую планочку потрогаю и пойму, на какой она высоте! Тем более, что кругов уже получила на неделю вперед…