— На сегодня все, — сообщил Алес, стягивая перчатки. Несколько раз глубоко вдохнув для восстановления дыхания, я тоже расстегнула застежки, но в последний момент остановилась. Полосу отработали, рукопашка, ножи… Стрельба, снайперка, метание — всего коснулись…
— А доверялок не будет?
Он замер, так и не взяв телефон с кресла. Пару секунд постоял… А потом все же закончил начатое и, повернувшись ко мне, как-то… досадливо ответил:
— Смысла нет сейчас что-то делать. Скорее всего, мы просто переругаемся. Давай подождем, пока действие состава закончится, чтобы… не наговорить лишнего.
Толстый намек был понятен и слепому, так что я кивнула, соглашаясь, и все же стянула перчатки. Мне так вдвойне не надо говорить лишнего, мало ли, что я ляпну… Например: Алес, твои плечи выглядят так классно, когда ты показываешь приемы, сделай это движение еще раз, я полюбуюсь. Так что, да, ты прав, подождем, пока состав не закончится. Только один момент меня беспокоит.
— Кстати говоря… А сколько L-300 действует?
— Сколько? — он нахмурился, — Чуть больше суток, что ли…
Повисла тишина, в которой мы встретились самыми ошарашенными взглядами.
— Вот блин… — выдал он, а мне оставалось только возмущенно на него взирать.
— То есть, нас еще и завтра так колошматить будет? — с наездом спросила я, а получив в ответ мрачный взгляд, скорбно возвела очи к небу. За что? Просто за что мне это?
— Ну извини, забыл, — буркнул он, взъерошив волосы. Нет, ну надо же, он забыл. Я даже понятия не имею, какие слабости могут у меня вылезти в академии! А вдруг я ту же Эшлин прибью?! Тормозов-то нет! Вот же… Я вздохнула и, махнув рукой, направилась к выходу. Хотя… есть кое-что еще.
— Тебе жаль?
— М?
Он замер на выходе, дожидаясь меня, и я поспешила выйти в коридор, положила перчатки в карман и, посмотрев на Алеса, повторила:
— Мне кажется, или тебе жаль, что нет смысла заниматься доверялками? Точнее…
— Не совсем, — перебил он меня, но в общем-то не жалко. Все равно внятно сформулировать мысли у меня бы не получилось. Мозг, будь он неладен, подкидывал то одну идею, то другую, заставляя меня путаться и терять нить размышлений.
— Просто ты мне в принципе как человек нравишься, и меня удручает, что мои ужасные преподавательские способности испортили все в край. Лично мне было бы приятно поработать с тобой, но… — он развел руками и невесело усмехнулся. Одна-ако…
— Я нравлюсь тебе как человек? — я наклонила голову на бок и чуть смущенно улыбнулась… Мозг, а ты даже не лезь! Это просто мило… Теперь Алес усмехнулся шире и покачал головой.
— Ты маленькая и милая. А мне всегда нравилось все маленькое и миленькое. Котятки, например…
— Что? Ты меня сейчас с котенком сравнил? — возмутилась я и развернулась к нему лицом, пользуясь тем, что первой спустилась с лестницы. Он вскинул брови… И вдруг рассмеялся.
— Ох, Кай… А что тебе не нравится? И вообще, котята милые, все любят котиков. К тому же ты идеально под них подходишь: маленькая, обаятельная, а как цапнешь, так хрен отделаешься… Ай! Малявка, не дерись!
Не, ну вот свинья! Я с самыми подлыми намерениями в очередной раз попыталась достать его ногой, но ничего не вышло. Наоборот, меня поймали за запястья и лишили вообще хоть какой-то возможности двигаться.
— Ну все, все… — успокаивающе сказал Алес, — Но, если без шуток, ты интересная. Есть в тебе что-то такое… Что хочется разгадать. Я уже говорил сегодня об этом.
Вау… Перестав брыкаться, я замерла, смотря в его глаза… потому что сейчас в них творилось что-то непонятное. И, пожалуй, я бы тоже была не прочь это разгадать…
— Твои преподавательские способности не ужасны.
Он удивленно на меня глянул и, отпустив мои руки, отступил.
— В смысле?
— Ты хорошо объясняешь, — призналась я. Сейчас говорить это было легко, да и… Правда ведь. Хотя с другой стороны, стоило признать, что мне просто не хотелось, чтобы он так расстраивался… Стоп. Мозг, прекращай, я его не жалею! Он дяденька взрослый… Меня все еще гипнотизировали взглядом, и я, мысленно встряхнувшись, продолжила:
— Честно, некоторые вещи ты объясняешь понятней чем многие преподы.
— Экономику, например, — ехидно подсказали мне и, не выдержав, я хихикнула.
— И ее тоже! — тут я сделала серьезное лицо и, дотянувшись, положила руку ему на плечо, — Но знаешь, скажу по секрету…
Я запнулась, когда он внезапно наклонился, оказываясь со мной лицом к лицу. Просто, так близко… И смотрит прямо в глаза… Или глубже? По спине побежали мурашки, а дыхание перехватило. Пришлось украдкой вдохнуть, возвращая себе способность дышать. Но… Его черные глаза, что сейчас оказались совсем рядом, буквально прожгли насквозь… Ох, Лесса, соберись, ты чего? Ухмыльнувшись, я приняла его игру и, подавшись ближе, прошептала ему на ухо: