— С чего бы?
Очередной щекотный и такой волнительный поцелуй остался на моей шее. Уже ни с чего, просто продолжай. Или нет, остановись и дай мне осознать происходящее… Мысли спутались, не давая ответить. Да и что я могла бы сказать? Я просто… чувствовала себя неловко! Как я могла это объяснить? Тихонько застонав, закрыла глаза, сдаваясь. Если я умру от смущения, то стану открытием в медицине. Блин, совершенно не понимаю, что делать…
— Ничего не делай. Просто успокойся и расслабься… — он улыбнулся шире и легонько погладил меня по спине. Черт, я опять сказала это вслух. Смирившись со своей незавидной участью, я выдохнула и, посмотрев на него, проворчала:
— Легко сказать… Даже в книжках не пишут, что в таких случаях делать...
— Ничего страшного не случилось, малыш, — новая светлая улыбка озарила его лицо, он упал рядом, обнял, устраивая меня у себя на груди и заставляя меня вновь зависнуть, созерцая...
— Ну конечно…
— Все хорошо.
Тебе может и хорошо, а я, а у меня… А у меня, может, мир ломается! У меня, может… любовь и ревность к тебе с неловкостью борются, взрывая мне мозги. И вообще, я уже совсем ничего не понимаю… То состояние легкости, в котором я проснулась, и когда то, что делала, было таким естественным, с каждой секундой все стремительнее испарялось без следа. И это тоже смущало! Мысли метались в голове, сводя с ума и заставляя судорожно искать пути отступления. Вот только их не находилось…
— Ты начинаешь меня пугать, — он тихонько рассмеялся, а я надулась. Кто еще кого пугает… Между нами снова повисла тишина. Отпускать меня никто не собирался, поэтому лично для меня она была напряженной, ибо я продолжала краснеть. А мои внутренние противоречия лишь усугубляли дело… Вот только что мы обнимались, и все было правильно, а сейчас опять чувствую себя человеком, который сделал что-то и теперь жалеет об этом. К тому же, что за «пугаешь»? Знал бы…
— Да если б ты знал, какие идеи мне иногда мозг подкидывает… — буркнула я, закусывая губу и прижимаясь к нему ближе, чтобы он ненароком не увидел мои полыхающие щеки. Еще и вспомнился последний раз, когда эти самые идеи вылились в наш глобальный скандал… Божечки, как стыдно!
— Например?
Блин! Приз тебе, Алес, за худший вопрос. Прикусив губу еще сильнее, я буркнула:
— Не скажу.
— А давай ты скажешь мне, а я тебе…
Эм… Я подвисла, на секунду даже забыв о смущении.
— Что? — я недоверчиво глянула на него исподлобья, но Алес только улыбнулся.
— Что? Я тоже о тебе думал.
Соблазн узнать, что именно… Был, но озвучивать свои мысли я оказалась не готова и поэтому просто помотала головой. Мы снова замолчали. Я пыталась утихомирить бушующие внутри эмоции, а Алес уткнулся мне носом в макушку, и этот жест… Я не понимаю. Поколебавшись и окончательно искусав губы, я решилась.
— А что ты обо мне думал? — тихо, осторожно спросила, не поднимая головы. Алес еле слышно хмыкнул.
— А ты?
— Ты первый…
Тишина. Ну вот… Снова обманул. Может он вообще наврал, а я маленькая и глупая поверила…
— Всегда разное, но во всех моих мыслях есть кое-что общее, — он тихо хмыкнул, — Каждый раз смотря на тебя, я думаю, что однажды утону в твоих синих глазах. Может, я никогда не разгадаю, что в них кроется, но знаю, что раз за разом буду тонуть в них, тонуть в твоих эмоциях, что так отчетливо сквозят в этой синеве… И знаю, что девушкой именно с этими синими глазами я хочу обладать. Одна проблема, — мне достался невесомый поцелуй в макушку, — Эта девушка неуловима, как мираж, который может растаять в любую секунду… Правда, боюсь, что ты исчезнешь, малыш… И от этого лишь сильнее хочу тебя. Хочу, чтобы ты была моей…
Что? Исчезну? Тонуть… Хочет меня?.. Я осторожно подняла на него глаза. Искренность никуда не делась. Он задумчиво гипнотизировал пустоту, но, видимо, повисшая тишина была слишком долгой, потому что Алес наклонился и посмотрел на меня. Прямо в глаза.
— Почему?
Вопрос прозвучал не очень логично, но… Он продолжал смотреть на меня, не меняясь в лице, искренне, открыто…
— Потому что люблю тебя.
Внутри все перевернулось, а слова… как-то резко закончились, оставляя меня наедине с непонятным чувством в груди. Я куснула губу и опустила глаза, не в силах и дальше смотреть на Алеса. Это… Уже звучало ночью, но теперь я будто слышала об этом впервые. Вот только… Подняв голову, я встретилась с напряженным взглядом черных глаз.
— Я… — мысли окончательно спутались с моими противоречивыми эмоциями, и пришлось все же опустить голову, — Вот и что я должна на это сказать…?
— Ничего, — мне показалось, что он улыбнулся, но посмотреть на его лицо не получилось: меня снова обняли и уткнулись в мою макушку, — Мне нравится, когда ты такая честная…