— Знаешь, вы с ней во многом похожи, — осторожно погладив свою девочку по голове, начал я. И даже не соврал: хоть внешне, хоть характером, Кай действительно копия матери.
— Похожи? — она все же не выдержала и, уперевшись ладошками мне в плечи, села так, чтобы смотреть мне в глаза. Ох… Я еле сдержал очередной облегченный вздох, когда увидел, что в почти потухших от переживаний синих глазках начал зажигаться огонек интереса. Потом улыбнулся и кивнув продолжил:
— Ну, внешнее сходство опустим, тут ты и сама видишь, а вот характер… Она в жизни была жутко рассеянной, прямо как ты. Причем, с памятью проблем никаких, у вас она наследственно хорошая, похоже… — я усмехнулся и покачал головой, — Но, как и тебе, ей эта память не мешала быть богиней невнимательности.
— Эй! — Кай возмущенно нахмурилась, и даже ударила меня кулачком в грудь. О господи, ну почему это выглядит так забавно? Естественно, мгновенно забыв о тяжелых мыслях, я рассмеялся, чем вызвал недовольное сопение у своей куклы.
— Ну что «эй», что? Я до сих пор не могу понять, как она умудрялась дома быть до крайности рассеянной, а на арене и в работе — асом. С тобой то же: не представляю, как это работает, ты дома и на половину так хорошо не работаешь, как непосредственно на экзаменах, — я обезоруживающе улыбнулся и проследил, как ее тонкие бровки удивленно вскидываются, — Нет, как мастер она была лучшей. После нее в академии у меня был какой-то шкаф, и вот честно, ничего плохого о нем сказать не хочу, неплохой дядька, но твоя мама все равно препод номер один в моей жизни, — тут я не выдержал и ехидно признался:
— И да, способы преподавания у меня от нее!
— Что?! Неправда, мама не садистка!
— Я тоже так думал, — я снова широко ухмыльнулся, про себя довольно отмечая, что Кай все сильнее напоминает саму себя, — Пока меня не погоняли по сугробам на вашем заднем дворе и не объявили, что такой слабак как я никогда в академию не поступит.
Шок. Полнейший и однозначный шок отражался на лице Кай. А я, между прочим, ни слова лжи не сказал! Элиен долго ссорилась с моим опекуном на счет академии, заявляя, что моя мать была бы против того, чтобы ее сын учился на юриста. Мне потом объяснили, что моя мама все думала о моем поступлении в Драйен, хотя опасность и полулегальность профессии ее напрягали, что не удивительно. Учитывая, что мне гораздо больше книжек в то время нравился спорт, она склонялась к академии все чаще. В общем-то я тоже был не против, но о Драйен и ее структуре почти ничего не знал. В итоге, с разгромным счетом в виде потраченных нервов, Элиен победила и, в сжатые сроки пристроив меня в подготовительный класс к спецклассу средней школы Драйен, взяла меня в ученики. Первые месяцы я радовался отсутствию в жизни психологов, опекуна с его талмудом по конституции и куче отвлекающих от депрессии факторов. Зато потом… Видимо присмотревшись ко мне и моим способностям, убедившись, что сбежать мне некуда, Элиен сбросила маску ангелочка и заботливой мамочки, и… все. Я с головой окунулся в персональный ад, и первый день этого «пекла» навечно в моей памяти! Часов в пять утра, в жуткую темень и холодрыгу, меня, с помощью опера, вытряхнули из одеяла где-то посреди заснеженного поля, заявив, что: «Пока вот эту милую полосу не пройдешь, домой не вернемся». Сказать, что я был в шоке, ничего не сказать! Я прифигел так, что дар речи пропал, а задница приросла к сугробу. Точнее, примерзла. Вот только ждать, пока я соберусь с мыслями, никто не желал, и меня пинками выгнали сначала переодеваться, а потом к первому препятствию. Еще и комментировали при этом…
— Ты все нагло врешь, — безапелляционно заявили мне, усаживаясь у меня на коленях и складывая руки на груди. Ах так? Я прищурился и вкрадчиво поинтересовался:
— Тебя мама к начальной школе готовила?
— Да, — Кай уверенно кивнула и собралась продолжить, но я ее перебил:
— На заднем дворе, прав?
— Ну и?
— Вот тебе и «ну и», — ехидно усмехнувшись выдал я и добил:
— Большую полосу препятствий помнишь? — она кивнула, — Так вот знай, меня по ней с десяти лет гоняли. А у тебя такая будет в конце третьего курса.
— Врешь, — она недоверчиво на меня покосилась, но я лишь закатил глаза.
— Ни капли. У твоей мамы было специфическое чувство юмора, скажем так, — я снова усмехнулся и покачал головой, — Но, как киллер, она была хороша… Даже не так, лично я перед ней преклоняюсь, уж к чему, а к убийствам у нее был талант, хотя с виду так и не сказать. Вы ведь даже по комплекции чем-то похожи, ты, наверное, сантиметров на семь пониже, может даже меньше, и при этом она сходу укладывала здоровенных мужиков. Равняйся, как говорится.