— А почему нет?
— А почему да? — он сел напротив и насмешливо посмотрел на меня. Тоже мне. Это его попытка уйти от ответа или просто что-то скрыть? Прищурившись, я все же уточнила:
— А обязательно отвечать вопросом на вопрос?
— А ты против? — Алес ехидно ухмыльнулся и сложил руки на груди, — У меня есть идеи, но я тебе о них пока не скажу, это секрет. И, да, пока ты не поешь, я не собираюсь показывать тебе, что у меня есть, — тут он встал и, направляясь обратно, в комнату наигранно строго сказал:
— Вернусь, чтобы тарелка была пустая.
Что за… В какой момент он начал вести себя, как моя нянька? Задавив недовольство и подлые мыслишки в стиле: «Он же о тебе заботится» и «Ты со вчерашнего дня не ела», я с тяжелым вздохом подхватила вилку и наколола салат. Алес… Как всегда, его выходки работают куда лучше моих противомыслительных мер. Я невольно улыбнулась, вспоминая наш вчерашний разговор. Ни за что бы не поверила, что мама была такой классной! Догадывалась, конечно, что у нее есть чувство юмора, да и какие-то воспоминания все равно сохранились, но… Одно дело, ее отношение к маленькой мне, другое — к Алесу. Хотя я до сих пор не верю, что она была такой садисткой, этот изверг все врет, он просто оправдывается… Тут в голове всплыли его слова о самом себе, и я вновь смущенно улыбнулась. Маленькому Алесу нравился спорт… Интересно, а что нравится сейчас? Ну, явно не разговоры про работу. Я фыркнула и отправила в рот помидорку. Вот и зачем было так топорно уходить от темы вчера, я бы прекрасно поняла, если бы ты прямо мне сказал. Тут мозг подлым образом подкинул воспоминание о том, что, вообще-то, мне это говорили, причем, достаточно очевидно, но я даже не обратила внимания. Кхм… ничего не знаю, я не я, корова не моя, и вообще, у меня есть оправдание, я была в легком шоке от новых открытий. По спине пробежал холодок, но пара вздохов, и неприятные ощущения сошли на нет. Это успех?
Пока я быстро поедала салат, на кухню вернулся Алес сразу с двумя большими коробками. Хм…
— Это что? — я отправила в рот очередной кусочек и с интересом на него уставилась. А он, свинка такая, только подмигнул и вообще из квартиры вышел. И как это называется? Едва поднявшееся возмущение заглушило предвкушением, и мой взгляд невольно скользнул к коробкам. Выглядят масштабно, но не видно, что внутри, этикетку он отодрал… Сюрприз? Сюрпризы я люблю, сюрпризы — это хорошо. И романтично. Покраснев и быстро запихав в рот остатки завтрака, я поставила тарелку в посудомойку, помыла руки и уже почти готова была подобраться ближе, чтобы выяснить, что же там, когда…
В открывшуюся входную дверь макушкой вперед вплыла огромная, по сравнению с прихожей, елка. Это что? Это как? У меня от удивления аж рот приоткрылся, и я так и наблюдала за тем, как Алес проносит ее дальше, ставит у стены, закрывает входную дверь и останавливается напротив меня.
— С Новым годом, малыш, — легко целуя меня в щеку, сказали мне и, очнувшись от этой фразы, я взвизгнула от восторга, просто повиснув у Алеса на шее. С ума сойти! Персональная елка! Это же невероятно!!!
— Спасибо! — игнорируя его сдавленный хрип, пискнула я. Правда, потом вспомнила, что выгляжу, как ребенок, отпустила Алеса и попыталась успокоиться, но… Блин, елка! Круто! Алес посмотрел на мою широченную улыбку, вскинул брови, а через миг рассмеялся. Да блин…
— Прекрати, я просто очень рада, — тут же насупившись, выдала я, и сложила руки на груди. Вот что он опять издевается? Разве не на такую реакцию рассчитывал?
— А я рад, что ты рада, — он последний раз хмыкнул, сделал шаг в сторону и заговорчески спросил:
— Наряжаем?
Вот… Таким тоном и в такой обстановке надо делать все предложения мира, и не важно, о чем они. Потому что ответить что-то кроме «да» невозможно! Естественно, я мгновенно расплылась в улыбке с тихим визгом подлетела к коробкам, предугадывая их содержимое, а потом, как сорока, принялась доставать все подряд, навешивая на себя и нерешительно бродящего вокруг меня в легком шоке Алеса. Мишура, шарики, гирлянды с фонариками… Я богата! Нет, не так, это целый клад! С очередным счастливым писком выудив упаковку усыпанных мелкими блестками серебристых шариков, я восторженно вздохнула и, не глядя, впихнула ее в руки Алесу. Правда, коробка тут же оказалась на полу. М? Оторвавшись от своего богатства, я несколько невменяемо посмотрела на пол, потом на увешанного мишурой по самые уши и с десятком коробок в руках Алеса… Очень недовольного и несчастного, но упорно молчавшего Алеса. Кхм.