— О святое печенье, что это за божественный запах… — в полусне садясь на постели, выдохнула я. В воздухе отчетливо пахло блинчиками, и я была готова продать душу как минимум за одну штучку, поэтому разлепив глаза и накинув на плечи кофту слетела вниз в поисках… Да! О господи, я люблю его! И эти плечи, и эту спину, и накачанные руки, и длинные пальцы… И блинчики, один из которых Алес приподнял лопаткой переворачивая. Меня даже сам факт того, что кое-кто опять хозяйничает на кухне без футболки так не смутил, как стопка золотистых блинчиков на столе рядом с плитой. Естественно, мой топот по лестнице было невозможно не услышать, поэтому меня встретили хитрой улыбкой и… Повернулись спиной, заслоняя собой блинчики. Так! Ничего не знаю! Воодушевившись, едва очередной румяный кругляшок лег на стопку, я прошмыгнула между Алесом и столом, подходя к нему с другой стороны… Моя прелесть!
— А совесть? — тихо уточнили у меня, когда я все же сцапала горячий блинчик и, свернув, откусила хрустящий краешек. Мама, я попала в рай. Нет, не так, у меня есть персональный боженька, он готовит мне блинчики по утрам… Застонав от удовольствия, я запихнула его в рот целиком и потянулась за следующим. Сбоку фыркнули.
— И ни тебе «доброе утро, любимый», и ни «спасибо», ни «ты так обалденно готовишь», — краем глаза наблюдая за тем, как я поедаю очередной блинчик наигранно обиженно запричитал Алес. Юморист. Мысленно фыркнув, я облизала губы и улыбнувшись абсолютно честно заявила:
— Ты просто божественно готовишь. Пожалуйста, делай это всегда.
И снова блинчик откусила. Алес фыркнул и рассмеялся, потом переложил последний блин на тарелку, поставил миску из-под теста в раковину и, забирая у меня из-под носа блюдо, как-то обреченно сказал:
— Вот так всегда, ты для нее стараешься, и так, и эдак, и любишь больше всего на свете, а она… За блинчики… — он поставил тарелку на стол, обиженно глянул на меня и очень грустно закончил:
— Какие-то блинчики… А меня не любишь.
Ну-у… Вопрос спорный. То, что я тебе это еще не озвучила, не говорит о том, что я тебя не люблю. Задумчиво гипнотизируя смеющиеся черные глаза, я закинула в рот последний кусочек блинчика, вытерла пальцы полотенцем… Вообще, я не сказала бы, что до сих пор боюсь или стесняюсь это сказать. Просто… Повода, что ли, нет. Я же не могу вот так вот запросто взять и сообщить, мол, Алес, я тебя люблю. Мой мозг сходит с ума, когда я тебя вижу, особенно если ты улыбаешься или подходишь ко мне близко. Это будет звучать очень странно…
Понимая, что пауза затягивается, я усмехнулась и, подхватив со стола пакет с соком, выудила из шкафа стакан и направилась к столу со словами:
— Ты не понимаешь, это — особенные блинчики.
— Ага, приготовленные с любовью, — язвительно завершил он и сложил руки на груди.
— Тьфу, — я демонстративно скривилась, — Ты опять все опошляешь, а?
— Смирись, это моя профессия.
Я даже не ответила, только закатила глаза, сцапала новый блинчик и с удовольствием принялась его жевать. Алес, впрочем, ничего против не имел: тоже взял один и устроился рядом. Хм…
— Какие у нас планы?
На меня бросили короткий взгляд, но промолчали. Это он просто хочет дожевать или демонстративно меня игнорирует?
— Алес?
— Я ем, — он загадочно ухмыльнулся, — И вообще, ты же меня не любишь, что мне с тобой говорить?
Я удивленно вскинула брови на его обиженное бормотание. С чего он вдруг? Пару секунд помолчав, задумчиво надула губы, посмотрела на блинчик в руках… И осторожно ткнула Алеса в плечо пальцем.
— Эй…
— Что? — на меня даже не посмотрели. Взяли новый блинчик, макнули в сгущенку и только хитро косо глянули и снова отвернулись. Я снова ткнула Алеса в плечо и подвинулась ближе. Потом собрала бунтующие эмоции в кулак, немного поразмыслила… Ну, наверное, я бы тоже обижалась, если бы мой любимый человек ни разу мне в симпатии не признался. Покусав губу, все же поняла, что не могу прямо сейчас заявить: «О боже мой, Алес, я люблю тебя больше жизни», и, скорее, поперхнусь уже на «я», чем на слове «люблю», поэтому осторожно спросила:
— Ты обиделся?
— Нет, я ем, а ты пытаешься мне мешать, — он усмехнулся и, подхватив мою руку, переложил ее на стол. Так. Ситуация выходит из-под контроля, нужен обманный маневр.
— А-але-ес…
— Что?
— Какие у нас планы на сегодня?
— А почему я всегда придумываю? Я сегодня уже блинчики готовил, так что думаешь ты, раз уж даже не любишь меня, то хоть идеи предложи…
Эм…. Ну… Проигнорировав его намек, я вытерла пальцы салфеткой и, устроившись поудобнее, спросила:
— А откуда я должна узнать, что тут есть?
— Интернет в помощь, — он ехидно ухмыльнулся и, встав, демонстративно направился за кофе. И как это называется?!