Неожиданностью, встретившей меня дома, стало возобновление… Угадайте чего? Их, родимых! Самых распрекрасных, любимых и обожаемых ночных тренировок. Услышав после вечернего истязания, что до рассвета я обязана отработать изученное и пройти сорок кругов по полосе препятствий, я готова была умереть на месте. А как сильно мне хотелось прибить мастера утром, словами не передать. А ведь после этого я пошла в академию… На сон мне в итоге оставалось, внимание: три с половиной часа. В сутки. Час утром перед парами, сразу после утренней тренировки, которая теперь начиналась раньше. Полтора часа я успевала поспать на какой-нибудь из пар, чаще всего на речевых практиках. За мои домашние работы мне ставились автоматы, и я со спокойной душой отсыпалась на занятии. Ну и час я спала в машине, когда мы ехали домой по вечерним пробкам. Волшебно, не правда ли? Непонятно, с чем было связано такое кардинальное изменение в графике тренировок, но в подобном несовместимом с жизнью режиме я провела почти все время до промежуточных. Что уж говорить, мастер настоящий садист! Я умудрилась пропустить все мероприятия, включая турнир старшекурсников и второкурсников. День рождения отца и тот пропустила из-за очередной внеплановой тренировки, и в итоге на меня обиделись… Медосмотр перед экзаменами тоже прошел мимо меня: пока делали ЭКГ, заснула, у психолога отвечала невпопад, а на проверке зрения тупо пялилась на строчки. А уж какие прекрасные синяки под глазами я себе заработала… Песня! Обо мне и моем садисте-мастере.
И вот, тот самый день, ради которого я трудилась до пота и крови, в буквальном смысле, настал. Сегодня я еще не спала, хотя мастер благодушно позволил мне пойти спать вместо ночного кошмара. Но нет, помня, какое описание он дал промежуточным, я решила, что стоит потренироваться. Угроза, выдвинутая мне на вступительных, все еще крепко сидела в памяти, и надеяться на шутки в такой ситуации было не самой лучшей идеей, как и проверять теории на практике. Так что я добровольно носилась по залу всю ночь, чтобы утром, отдохнув и размяв уставшие конечности прямо в зале у стены, вихрем промчаться по комнате и вбежать в кухню уже в полном боевом облачении.
Мастер встретил меня привычным безразличным взглядом и снова уткнулся в смартфон. Мне иногда даже любопытно, что такого интересного он там с утра находит. Быстренько запихнув в рот пару тостов и ложку джема, я встала и прошлепала… к кофемашине. Вот теперь меня проводили удивленным взглядом. А когда я, нажав пару кнопок и подождав пару минут, выпила целую чашку кофе, бровь мастера, кажется, была готова взлететь на луну. Да-да, кофе, может, и не есть хорошо, но в такие моменты даже мне необходима небольшая доза кофеина. Иначе я засну прямо на ходу, а тебе, изверг белобрысый, это тоже не нужно.
— Куколка, а скажи мне, ты сегодня ночью что делала? — со странной интонацией начал он. А я что? Облизнув губы и поставив чашку в посудомойку, обернулась и честно ответила:
— Спала.
— Да ну? — он скептично скривился, — А кроссовками в зале в четыре утра скрипел призрак?
Я пожала плечами и, подхватив рюкзак со сменой одежды и белья, встала у выхода. Ты и сам прекрасно знаешь, кто там скрипел, нечего строить невинность типа «ой, я вот никому ничем не угрожал, ты сама так решила». Угу. Проследив за моими действиями все с тем же выражением лица, мастер одним глотком допил свой кофе и встал.
Уже в машине он, присмотревшись к тому, как я, наверное, раз в двадцатый зевнула, решил воззвать к моему разуму.
— Соревнования — это очень важно. Фактически, это даже важнее, чем общеобразовательные экзамены. Перед подобным просто необходимо выспаться, чтобы утром не зевать во всю челюсть.
Ага, это я снова раззявила свою зубастую пасть.
— Ты хоть понимаешь, что можешь в обморок от переутомления упасть посреди боя или, что еще хуже, на полосе препятствий? — с долей обреченности в голосе спросил он, — Да тебя же там задавят.
Я пожала плечами и равнодушно уставилась в окно. Тоже мне, глас разума. Сам меня гонял-гонял, и обмороки его не шибко волновали. А тут пожалуйста! Поняв, что я не слушаю, мастер недовольно вздохнул и прибавил скорости так, что через полчаса мы были в академии…
Поправив перчатки, я рассеянно осмотрела трибуны. Мы довольно давно стояли в галерее, ожидая сетку испытаний, но, так как судей все еще не было, продолжали просто стоять. Мастер скалой возвышался позади меня и с видимой расслабленностью осматривал те же трибуны. Пожалуй, только я могла сказать, зная, как он себя ведет в домашних условиях, что это выражение крайней внимательности и сосредоточенности. Интересно, что он там ищет? Раздались приветственные крики, и я метнула взгляд к столу судей. Так, эти тут, скоро будет сетка.