Алес загадочно улыбнулся, утягивая меня на площадку перед лифтом. Та-ак… Сюрприз? Обычно он сразу говорил место, а тут… Вчера вечером сказал, что подумает, сегодня утром, что еще не решил, а сейчас умалчивает! Тихушник! Пользуясь тем, что мы зашли в лифт, я повернулась и, сделав шаг к Алесу, попыталась прижать его к стеночке. Меня смерили заинтересованным взглядом.
— Ты что это такое решила сделать, малыш? Ты что, меня соблазняешь? Прямо тут?! Кошмар, — Алес сделал большие страшные глаза и прикрыл грудь ладонью, — Домогаются средь бела дня!
Ой-ой, посмотрите на него. Фыркнув, я засмеялась и выдала:
— Наглая ложь и профанация! Это ты таким промышляешь, а я сама невинность…
— Когда в монастырь?
Демонстративно поморщившись, отмахнулась от этого шутника и первой выйдя на парковку, язвительно бросила:
— Когда ты начнешь вести здоровый образ жизни и перестанешь полуночничать.
Сзади фыркнули, потом открыли машину и, смерив меня снисходительным взглядом, сели. И вот только когда Алес дождался, пока я устроюсь и пристегнусь, он сказал:
— Тогда хорошо, что в ближайшее время я этого делать не собираюсь.
Я улыбнулась.
— Кстати, я дочитала «Отсвет», можем смотреть фильм.
— Что-о? Когда это ты успела, — он бросил на меня пораженный взгляд, — Ты вчера сказала, что тебе еще треть.
— Пока в ванной валялась.
И пока изображала, что читаю тот куцый справочник по токсинам, ядам и прочей химии. Просто концовка оказалась довольно интересной, и я не смогла оторваться. Но об этом мы умолчим, потому что иначе тест будет ждать меня не через месяц, как всех нормальных студентов, а вечером, или, что хуже, с утреца пораньше прямо во время тренировки! Этот белобрысый садюга придумал, видите ли, способ, как быстро научить меня обращаться с булавками! Вместо бесцветных, по большей части, различных составов, закачал в них разведенную до условно жидкого состояния гуашь, надел на себя нормальную защиту, в которую я собственно и тыкала это дело, а потом проверял, в каком месте проявился цвет. За каждый потек мимо расчерченных крестиков больших сосудов накидывалось по десять кругов по препятствиям. Если уже само число промахов переваливало за десятку… Следовал хард. А Алес вместе с его личностью мастера сначала до последнего оставался в пределах зала, злорадствуя, всячески унижая и да, стреляя в меня пульками, а едва я доползала до спальни, где наш бодренький великий и ужасный оказывался непременно раньше меня, его личность «Алес-парень» делала искренне участливый вид и окружала меня заботой. Я как-то даже не сдержалась, на его крайне демонстративное укрывание меня одеялком взорвалась и, подскочив на полметра вверх, рявкнула, что если он сейчас же не прекратит вести себя как лицемерный … я съеду в соседнюю комнату, а его самого ночью кастрирую. На что, собственно, получила удивленный взгляд, извинения… И еще один, мать его, хард с утра пораньше вместе с менторским:
— Борзая что ли материться, как грузчик? — Алес ехидно ухмыльнулся, — В зеркало посмотри, куколка! Запомни себя такой милой, я тебе сейчас покажу, как выглядят люди, разговаривающие на матерном.
А самое отвратительное, что Алес-то ничего криминального и не сделал! Отрабатывал этот идиотский стиль дамы в беде и всячески валял меня на рукопашке, вот только после его спотыканий, сбивающих меня с толку, я вся была покрыта синяками, царапинами и в который раз умудрилась разбить губы…
Посему! Мы с мозгом единодушно решили, что я достаточно быстро читаю, чтобы Алес поверил в историю про ванну, а что наш изверг не знает, то ему не повредит. Алес уважительно протянул:
— Ну ты даешь… И как тебе?
— Честно? — я оперлась локтем о дверцу и подперла подбородок, — Слишком мужская.
Он хмыкнул и ехидненько уточнил:
— Это как?
Это в смысле автор — мужик, герой — мужик, остальные персонажи — заросшие суровые мужики, героиня — блеющая страдающая овца, но ее безумно хочет наш героический герой, поэтому видит только миндалевидные глаза, кучу оружия и почему-то, при всем этом весе, летящую походку… Ну, ладно, приукрашиваю, больше меня смутило повествование от третьего лица, где после внутреннего мира строгого парня мы вдруг переключались на какого-то грязного бродягу, и вдруг на ту самую девицу с летящей походкой. Это вообще убивало первые три главы, потом я смирилась и решила углубиться в сюжет.
— Мне как девушке не очень интересно читать описание других женщин, батальных пейзажей и всех суровых прелестей жизни на условной линии фронта. Но бои и оружие он классно расписал, мне прям интересно стало, смогу ли повторить.