— Было отличное предложение умереть красиво, но если так хочешь, я могу тебя располосовать до неузнаваемости, — язвительно прошипела Риа, и я зажмурилась, стараясь не дергаться. К черту. Пошло оно все в далекие дали! Я честно пыталась угодить всем и вся, но молчать в тряпочку, когда ты пытаешься меня убить?! Щазс! Снова начав выворачиваться у нее из-под руки, я выдала неопределенный вопль и, тяжело дыша, выпалила:
— Если ты все равно меня убьешь, можно вопрос?!
— М?
Лезвие на миллиметр отодвинулось, и я глубоко вдохнула, чтобы отрывисто выдать:
— Какого черта вообще происходит? Ладно, ты убила маму чисто из ненависти, плевать, это ваши какие-то там сестринские разборки, но какого хрена мы оказались втянуты во что-то? Лично я просто жила и никого не трогала! Придурки из подворотен Ди-9 не считаются, — в моем голосе прорезалось ехидство, и я нервно усмехнулась, — Таких отбросов грех не стукнуть пару раз. Но конкретно тебе я ничего не сделала! Даже позволяла таскать шоколадки с моих пирожных! И Алеса у тебя не уводила, чтоб ты мне так пеняла, что мы спим! Я просто, черт возьми, жила, а потом почему-то начала пытаться выжить! И я понятия не имею, с какого перепуга вляпалась во все это!..
Между нами повисла удивленная пауза, в которой Риа убрала нож, наклонилась в сторону, чтобы посмотреть в мое явно покрасневшее лицо. Она даже волосы мои из рук выпустила, отошла и, присев на столик рядом, окинула меня задумчивым взглядом.
— Ты серьезно не знаешь? — Риа вскинула бровь, снова осматривая меня. Не желая признавать очевидное, я упрямо сжала губы и вперила в нее тяжелый взгляд, когда... Риа засмеялась. Что за... Сглотнув ком в горле, я пошатнулась от приступа головокружения и прислонилась бедром к столу. От боли в голове все тело ослабело и отказывалось подчиняться, но просто рухнуть на пол и свернуться комочком не позволяла гордость. Не падай. Ты можешь достать булавку и... А что у меня в ней? Мозг буксовал, перед глазами плавали черные точки, а в голове все гудело. Я не могу вспомнить... Мне поплохело от страха, зубы свело, а к глазам подступили слезы. Несмотря на холод, меня пробил пот, потому что я действительно не могла сосредоточиться и вспомнить, что в булавке. Алес, пожалуйста, я согласна на хард, только приди и сделай что-нибудь... Напоследок хмыкнув, Риа оперлась рукой о столешницу, закинула ногу на ногу и, криво ухмыльнувшись, небрежно подкинула нож.
— Да-а, папа, как обычно, делает все за спиной, узнаю его манеру, — Риа прищурилась, качнула ногой и надула подведенные блеском губки, — Хм... Дейм, считай, уже не жилец, так что Алес сюда нескоро доберется, думаю, могу тебя просветить. Должна же ты в конце концов знать, почему умрешь?
Спасибо. Вот прямо от души спасибо за жест невероятной щедрости! В животе все сжалось от страха при словах об Алесе. Он не может не прийти. Ты его не знаешь! Он придет и грохнет тебя, а я посмотрю, как уже твои мозги растекутся по полу. И мне плевать, что ты моя... В глазах снова встали слезы, а в носу защипало. Да черт возьми! Почему это именно Риа?! Разозлившись, сжала кулаки, чувствуя, как ноготки с очередным проклятым перламутровым покрытием впились в ладони, и прикусила губу со внутренней стороны, лишь бы не выпалить какую-нибудь грубость. Хотя, говоря откровенно, руки зачесались от желания вытащить булавку и воткнуть ее поглубже в сонную артерию Риа, чтобы она осталась здесь парализованная и замерзла к чертям на смерть. Да даже если там не паралитик, а какой-нибудь яд, плевать! Будто не замечая мое перекошенное от злости лицо, Риа как ни в чем не бывало начала свое «просвещение»:
— Я работаю в правительственном секторе реестра, и некоторые заказы... Хм, видоизменяются, чтобы покрепче прижать Джахарт. Ты же знаешь, какая у нас напряженная ситуация?
У кого, у тебя с дедушкой? Прекрасно. У тебя с моим отцом? А то! У тебя с Алесом? Вот теперь знаю! Жаль, тот факт, что со мной у тебя тоже напряженная ситуация, я узнала только сейчас. Все же тихонько вздохнув, я буквально сквозь боль покопалась в памяти, поморщилась, когда в гудящем мозгу мелькнул огрызок какой-то из лекций по политологии, и кивнула. Что-то такое было. Кажется, еще даже до пресловутого креанского кризиса, у Джахарта и Арнейта возникли некоторые разногласия о линии границы. Или не о линии, но что-то там с принадлежностью. Хрен с ним. Потом были приколы со спонсированием мелких стран, с корпорациями и сырьем, которые шатали экономики обеих стран... Риа правильно сказала, ситуация напряженная. Так что я кивнула и выжидающе на нее посмотрела.