Горло сжало спазмом, мне оставалось только рыдать, выпуская весь гнев и негодование, потому что сил на крики почти не осталось. Восторг. Моими последними словами, которые он услышал, были «я тебя ненавижу»! Заплакав еще громче, я будто в исступлении повторила:
— Вернись! Я люблю тебя, поэтому... вернись! Мне страшно...
Виа не выдержала и уже беспрепятственно зажала мне рот рукой. Ну и пусть. Он все равно ушел и ни черта не слышит. Всхлипнув, я обессиленно пригнулась к полу, игнорируя раздавшуюся уже ближе ругань, когда послышались быстрые шаги, а следом меня за предплечья приобняли прохладные ладони.
— Все, не бойся, я здесь. Успокойся, — предельно ласково сказал Алес. Лжец. Ты злишься. И злишься на меня. За что?! За то, что я боюсь, что тебя убьют? За то, что мне страшно оставаться здесь одной?! В палату вошел еще кто-то, Виа от нас отодвинули, но меня это мало волновало. Подняв на Алеса взгляд, попыталась высказать свое возмущение, но увидела только озабоченные черные глаза и вместо этого сквозь слезы хрипло выдала:
— Прости... Я не могу, я... Мне страшно, а если тебя... Я...
— Не бойся, я уже тут, — он еще раз улыбнулся. Ты тут. Потому что услышал, что я тебя ненавижу?.. Я всхлипнула и, затравленно посмотрев на Алеса, прорыдала:
— Прости... Я не ненавижу тебя, я не хотела...
Меня погладили по плечу и все тем же предельно успокаивающим голосом повторили:
— Я знаю, не плачь. Голова будет болеть.
— Я люблю тебя, прости, я просто... — из груди вырвался новый всхлип, — Ты ушел, а я не знала. А у него оружие! И...
— Подержи ее, — раздалось глухое сбоку, Алес мягким движением привлек меня к себе. Он злится... Я снова всхлипнула и за собственным горем не заметила, как плечо на секунду обожгло болью. Зато дрожь постепенно начала утихать, рыдания не убивали меня болью в груди, а виски не разрывало мигренью... Алес осторожно погладил меня по спине.
— Не смей уходить... Я не хочу тебя потерять, — полувсхлипнула я, понимая, что мозги отрубаются, — Обещай...
— Не уйду, спи.
А я все равно сжала пальцы на его рубашке так крепко, насколько могла. Организм, пожалуйста, пусть я во сне ее не отпущу...
Глава 62
Я мрачно гипнотизировал потолок, в сотый раз раздраженно оттягивая ворот толстовки. В мою рубашку Кай вцепилась так, что как только я попытался дернуться и присоединиться к Тэо в убийстве второго ублюдка, положившего остатки нашей охраны, пока его напарник пытался убить Кай, меня с жутким треском лишили всех пуговиц. Я все равно ломанулся в коридор прямо так, чтобы вылететь на парковку и обнаружить там взбешенного Тэора, распинавшего баки.
— Да чтоб ты сдох, падла! ... ты сын!
Себастьян материл все и всех уже минут десять с того момента, как мы вернулись. Тусовались в палате у Дейма: его, избитого до полудохлого состояния, притащил один из охранников. И, по ходу, только жалкий вид спас его от пинка Себастьяна в момент, когда он замер над ноутом и тихо сказал:
— В тоннеле слепая зона, он ушел...
Я сначала взбешенно сжал подлокотник, но через секунду прищурился и с долей пофигизма закрыл глаза. Все. Мне плевать. Кто-то из парней его подстрелил, одного я положил, значит, в ближайшее время к нам новых не отправят. Себастьян пришел к похожему выводу и, гаркнув на нас, нашу безголовость и отсутствие глаз, отправился разносить уже охрану. По крайней мере, смачный удар под колено, а потом в челюсть кто-то получил прямо у двери и с болезненным выдохом пропахал ряд сидений у стены коридора. М-да.
Глубоко вздохнув, я прикрыл глаза и потер лоб. Ты слишком часто лажаешь последнее время, Лекс...
Мы курили во внутреннем дворе, это был ближайший выход на улицу к крылу ВАНУ, когда мне позвонил Дейм и нервно бросил, что в коридоре стрельба. Так быстро я никогда в жизни не бегал. Охрана с нашей стороны была перебита, с другой стороны коридора левый парень дрался врукопашную с ее остатками. Но я видел только одно: открытую дверь в палату Кай и ноги какого-то трупа на входе. Подлетев к ней, я с ходу вскинул ствол, делая несколько выстрелов. Первый выбил ему мозги, а второй... У меня мелко дрожали пальцы на спуске при мысли, что Кай, возможно, уже мертва, и я в ярости нашпиговал пулями эту мразь, пока бежал к постели.
Кай забилась в угол между кроватью и тумбочкой, пытаясь слиться со стеной. Едва я оказался напротив, она подняла глаза... Не так, она снова смотрела на меня огромными испуганными глазами, в которых стояли слезы, на бинтах на ее виске выступило темное пятно, а губы мелко дрожали. У меня с души камень свалился, я сглотнул, осознавая, что все хорошо. Сил сказать хоть что-то не нашлось, да и ругань Тэо в коридоре напомнила, что парень был не один. Поэтому я просто кивнул и метнулся обратно в коридор, чтобы добить его. Вид Кай привел меня в бешенство. Руки чесались от желания разобрать обоих на составляющие и для начала перебить второму придурку колени, чтобы не смылся, но стоило отбежать на пару метров, как из палаты раздался истеричный вопль. Что?!