Собственно, за этим меня и застал Себастьян: я как раз, глухо матерясь, зажимал зубами конец бинта, чтобы разрезать его, когда в двери повернулся ключ. Какого хрена? Я мрачно глянул на не менее хмурого Себастьяна.
— Потому что надо было сразу подбить под колени и зашвырнуть в машину.
Потому что надо было сразу убить твою борзую внучку из милосердия к окружающим!.. Чувство вины монолитом опустилось мне на голову за такие мысли, и меня затошнило. Отвернувшись, я все же справился с бинтом, завязал узел и, вынув изо рта какие-то нитки, процедил:
— А я пытался, ты не видел? Давай, распиши мне, как хреново я слежу за твоей расчудесной внучкой, ты ж уже все знаешь со своими источниками.
Себастьян остановился возле стола и, сложив руки на груди, смерил меня холодным взглядом. На его щеке дернулись желваки, но я не впечатлился. Между прочим, это его заказ меня задержал, будь я дома в это время, поймал бы Кай за шкирку и запер в комнате, чтобы лишний раз не видеть!.. Тут я вспомнил, что еще вчера продолжал свою линию со вседозволенностью и мысленно скривился. Почему-то я действительно думал, что это поможет, а оказалось наоборот! Избалованная зараза...
— Видел, — Себастьян опасно прищурился, — Ты упустил минимум пять шансов вырубить ее и забросить на заднее сиденье.
— О да, — я, не скрывая ехидства, отвернулся к кофемашине и, забрав кружку, кинул туда кубик сахара, — Мне надо было шандарахнуть ее по башке, чтобы она лежала пластом до эпохального момента решения всего этого дерьма. С чем пришел? Очередной гиперважный обыск? Прости, сегодня вынужден отказаться. Не в том настроении, чтобы перебирать бумажки.
Потому что если сейчас я выйду из квартиры, Кай опять смоется куда-нибудь. У нее реально мания! Я повернулся обратно, чтобы напороться на ледяной взгляд голубых глаз. В голове тут же мелькнул образ Кай, которая примерно так же смотрела на меня... Руки снова буквально зачесались от злости, в то время как сердце болезненно сжалось. Вашу ж мать! Я могу определиться, что вообще чувствую?!..
— Тебе надо было не расхолаживать ее, спуская с рук прогулы, а ввести такой режим тренировок, чтобы она лежала после них пластом.
Ага. Мне надо было забить на ее голову, переломы и просто продолжать делать ее инвалидом. Наблюдать, как она мечется по кровати, просыпаясь от боли, и при этом гонять так, чтобы она выла от нее по ночам. Потому что мою человечность тут очевидно не оценили! Ни этот старпер, ни его малявка! Взбесившись, я с громким стуком поставил чашку и прошипел:
— Забирай ее тогда. Забирай и тренируй, как хочешь, а если нет, так не лезь в мою программу. Ты мне уже черт знает сколько выговариваешь, как дерьмово я ее учу, давай сам! Если я разрешил, значит пусть прогуливет, какое, мать твою, тебе дело, что я ей позволяю, а что нет?!
— Потому что зная Лессу...
Да ты задолбал! Зная Кай, ты вообще не должен был сбагривать ее в Драйен, ты должен был посадить ее под стекло и выгодно продать. Хотя она даже молчать не умеет, лишь бы вякнуть! Я закатил глаза и прорычал:
— Потому что зная меня ты должен был понять, что я, ... ничего просто так не делаю. Либо отвали, либо забирай свою истеричную малолетку домой в комнату с рюшами и дрессируй, как хочешь, а меня это достало! — я резко выдохнул, — Я разбираюсь с Рихтером, потому что сам в этой каше виноват и уже влез по уши, и умываю руки, пусть она делает, что хочет, это ее проблемы! У меня своя жиз...
— Нет, мальчик мой, это твои проблемы, — Себастьян в два шага обошел стол, а в следующий момент я ощутил холодок лезвия у шеи, — И кстати, я, конечно, спустил тебе с рук три трупа моих парней, но еще один такой закидон, и я продемонстрирую, как действительно дрессирую своих подчиненных.
Я нервно хмыкнул, вспоминая, как вчера вернулся с заказа, уже собираясь заставить Кай поплатиться за последние несколько дней, а вместо этого обнаружил пустую квартиру. Меня не смутила тишина, я сразу прошел к комнате, собираясь вытащить эту пигалицу хоть из постели, чтобы зашвырнуть на полосу. Мельком мазнув взглядом по осколкам на полу, я на секунду остановился... Это тоже будет сама убирать. Мелькнувшее сожаление было проигнорировано. Кай наглядно демонстрирует, что меня ненавидит, что ж, я не собираюсь ей мешать. Меня тоже ее выходки бесят. Продолжая запихивать недовольство подальше, я дошел до комнаты Кай, открыл дверь... Стоп. Последние пару дней она демонстративно резко поворачивала замок, чтобы он громко щелкал, типа вот, я такая бунтарка, я еще и запрусь. Мне в целом было плевать, если она хочет от меня отгораживаться, пусть делает, если ей станет легче. Поэтому теперь открытая дверь насторожила. Недоверчиво наклонив голову, я нахмурился, прошел в комнату... Пусто. Ага. Не успела свалить из зала? Я хищно ухмыльнулся и, пробежавшись на второй этаж, уже хотел демонстративно спалить ее и торжественно заявить, что она может сразу же начинать забег на ближайшие трое суток, когда до меня дошло, что свет в зале выключен. Не понял. Вот теперь меня бросило в холод от тревоги, я резко распахнул дверь, чтобы убедиться, что там действительно пусто, а в следующий момент пулей слетел вниз. Где она? Я снова влетел в ее комнату, сходу рванув в гардеробную, потом в ванную, даже свою спальню проверил. Кабинет и так был закрыт, в комнате на втором этаже ей делать нечего... Где она, черт возьми?!