— «Понимаю. Но если что, обращайся».
Это было действительно мило, поэтому я успокоилась и смогла заснуть с относительно хорошим настроением... Но утро испортило все.
Из-за внезапного кроворазлива, после десятка кругов по препятствиям меня из зала выгнали со словами «не собираюсь опять твою кровь отмывать». Раздраженно цыкнув, я с мрачным видом захлопнула дверь... На пару мне тоже разрешили не идти. Я просто так спросила! А он взял и согласился! Опять? Он опять?! Ну ладно, Алес не начал вымещать на мне злость и размазывать по площадке, уже хорошо, но в итоге в комнату я заходила взбешенная идиотской неопределенностью! Мне вот реально сесть в комнате и пользоваться внезапно выбитым прогулом, или поехать на пары, потому что мне, как бы, еще экзамены сдавать? Уже совсем скоро, между прочим!.. Именно в этот момент мой взгляд упал на телефон, а мозг подкинул неосторожное предложение от Равена.
Почему я согласилась? Из того же идиотского желания насолить и вытащить из Алеса хоть одну живую эмоцию. А может, мне хотелось переключиться на что-то или кого-то поадекватнее. А может, я просто не знала, как потратить прогулянные пары. Я до сих пор сама понять не могла, но согласилась сначала выпить кофе вместо пар. Тот факт, что Равен тоже прогулял был удивителен, а парень не стал пояснять, махнув рукой. Точно так же я согласилась сходить в кондитерскую. В этот раз был прогулян Айве... И вот как-то в процессе обсуждения и насмешек над предстоящими отработками, я, сама не успев это осознать, согласилась на аттракционы опять вместо пар. А теперь пыталась понять, чего ждать и как вообще себя вести.
Бежевый свитер выглядел достаточно уютно, чтобы сделать бардак на моей голове «упорядоченным беспорядком», поэтому я номинально пригладила волосы рукой, натянула легкое, но очень милое пальто, и, схватив сумку, вышла из комнаты. С одной стороны мне хотелось пойти, потому что рядом с Равеном жизнь на удивление не казалась болотом проблем, из которого не выбраться, с другой... От взгляда сидящего на кухне Алеса стало жарко. Очень жарко. Меня прямо огнем окатило. Наличие деды на соседнем стуле настроение попортило, щеки тут же перестали краснеть, и в этот раз меня швырнуло в холодок, но вкус победы все еще чувствовался. Это ведь самая натуральная ревность... Я мысленно коварно улыбнулась и, сделав независимый вид, прошла до двери, чтобы обуться. Мы очевидно сдвинулись с мертвой точки: Алес почти не рычал, все еще периодически под меня прогибался, но был таким злющим, когда вчера пришел на вечернюю тренировку, что я была готова его расцеловать. Забыть все его бредни у клуба и помахать ручкой вслед, когда он побежит убивать несчастного Равена. Чтобы по возвращении пнуть его подальше и заявить, что его биполярке тут не светит. Правда, уже к концу беговых кругов изверг взял себя в руки и вернулся к адекватной рабочей версии, но это меня тоже устраивало. Мы, между прочим, отлично позанимались и все отработали, меня даже из зала раньше времени не выставили! Мозг подкинул воспоминание о неосторожном прикосновении Алеса вчера после тренировки и я, игнорируя покрасневшие щеки, быстро схватилась за мысленную метлу. Нет уж. На этом ублюдке мир не сошелся.
— Не понял, — донеслось от дедушки, — А утренняя тренировка?
С которой меня отпустили? Смешно. Я зашла в зал и просто ради шутки сказала что-то вроде «голова-то как гудит от взгляда на полосу», а Алес серьезно сначала дал мне меньше беговых кругов, потом условно отработал несколько связок и махнул рукой. Сдержав кривую ухмылку, я застегнула второй сапог, выпрямилась и, сделав губки бантиком, повернулась к нему. Алес, сложив руки на груди, гипнотизировал стену напротив, пока дедушка окидывал меня взглядом с подозрительным прищуром.
— У меня голова болит, — я очаровательно улыбнулась, хлопнула ресничками и ловко повернула замок двери. Деда недовольно нахмурился и, вдруг хмыкнув, съязвил:
— То есть, идти куда-то не болит? Чудеса исцеления!
— Действительно, — я вскинула брови, хлопнула в ладошки и состроила совсем тупое лицо, — Внезапно прошла.
Этого он не вынес. В два шага оказавшись рядом, схватил меня за ухо, несмотря на увороты и тихий писк, и легонько потянул меня от двери. Ай!
— В зал. Немедленно.
От особого ледяного тона деды меня передернуло, но кое-как вывернувшись, я не удержалась и с яростью на него посмотрела. Он до сих пор на меня злился за клуб и охрану, а еще, кажется, за Алеса. Ну вот было такое ощущение, что деда пытался помочь великому и ужасному восстановить дисциплину. Или воскресить мою совесть. Или просто донести до меня, что Алес с его непонятным поведением — это еще неплохой вариант, по сравнению с ним. С последним я точно согласна, Алес с его попустительством в сто раз лучше деды с внезапным приливом воспитательных мер. Прошлая версия Алеса, конечно, еще лучше, но... Ее уже не вернуть. А новой мне не надо. Я лучезарно улыбнулась и, уже выскакивая за дверь, пропела: