— Деда... Ты сожалел, когда бабушки не стало?
Он смерил меня задумчивым взглядом, потом поправил рукава рубашки... Повисла пауза, в которой я вздохнула и подошла ближе. Глупый вопрос, конечно же да, он ведь ее любил, как он мог не сожалеть?..
— Мы долго цапались в юности по любому поводу, — со странной интонацией сказал деда, — Встречались, расставались, снова сходились, трепали друг другу нервы непонятными друзьями, псевдолюбовниками и работой. Прежде чем до нас дошло, как много на самом деле значим друг для друга, мы уже успели пожениться и чуть не развелись, — он криво улыбнулся и покачал головой, будто отвлекаясь от воспоминаний, — Я до сих пор иногда думаю, что последние десять с небольшим лет были лучшими, и жалею, что так глупо испортил все те годы, что мы были вместе до этого. Мне стоило больше ее ценить и подумать дважды, какие поступки могут сделать ей больно.
О... Мне стало остро жаль его, я не выдержала и попыталась аккуратно его обнять. Он тихо усмехнулся, погладил меня по плечу и язвительно сказал:
— Мужчинам тоже бывает больно...
Это он об Алесе и жестокой мне?! Мгновенно покраснев, я отскочила в сторону и отчаянно взвыла:
— Я же извинилась!
— Сейчас да, — согласно кивнул деда и ехидно глянул в мою сторону, — А когда я снова увижу, как вы грызетесь?
Да я же... Но Алес тоже не в сторонке стоял!.. Не найдясь с ответом, я беззвучно открыла и закрыла рот, потом нахмурилась и демонстративно поправила перчатки, показывая, что даже отвечать не собираюсь. Я и сама больше не хочу с ним ругаться. Точнее не так: я больше не хочу от него отдаляться, это оказалось слишком... больно. Не желая показывать, что приняла и осознала все нравоучения, я недовольно фыркнула и, встав в стойку, буркнула:
— Мы будем тренироваться или как?
— Да-да, — насмешливо кивнул деда, тоже вставая напротив и многозначительно глядя на меня. Да чтоб тебя... Шумно вздохнув, я потерла шею и немного нервно бросила:
— Ты прав. Мне надо все переварить и...
— Умница. Нападать будешь? И я не понял, что у тебя с ногами? Будь добра, помни, что равновесие нужно даже секретаршам.
Тьфу ты. Пренебрежительно фыркнув, я встала в стойку и криво ухмыльнулась. У меня с равновесием все отлично, сейчас сам убедишься!
Лексан
М-м... Я глубоко вдохнул, ощущая знакомый запах чего-то сладкого, свежего... Ее запах. Сознание выплывало из сна, снова шумно вздохнув, я пошарил рукой рядом, приоткрыл глаза и нахмурился. Где она?.. Тут до меня дошло, что я вообще-то собирался уйти раньше Кай, но, видимо, что-то пошло не так. Обнимался в итоге с подушкой, а одеяло, на половине которого как раз я лежал, было накинуто на меня вторым краем. То есть она укрыла меня, когда проснулась?.. Я улыбнулся, как последний дебил, снова закрыл глаза и с удовольствием потянулся. Осознание, что Кай позаботилась обо мне захлестнуло каким-то неадекватным счастьем, и я пару минут тупо смотрел в потолок, переваривая это. Даже нож сняла, моя девочка. Чувства оглушали, и я улыбнулся шире, перед тем как сесть и взъерошить волосы. На удивление я чувствовал себя вполне бодро и, поняв это, хмыкнул. Что, расслабился потому что пришел к Кай? Дебил... Но это была чистая правда, я впервые за долгое время выспался. Точно придурок. Сижу тут расплываюсь, как сопля. Потянувшись к карману, я разблокировал телефон, проверить время, и встал, чтобы поскорее добежать до зала. Я снова поймал себя на тупой улыбке. Вот ведь... Кажется, только ночью засыпал рядом, а уже соскучился.
Вчерашняя футболка нашлась на полу у кровати, так что, подцепив ее и на ходу натягивая, я вышел в коридор. Мельком мазнул взглядом по кухне, уже собираясь подняться в зал... Стоп. Это что за папка? Я ненадолго отмахнулся от витающих в воздухе розовых облаков, нахмурившись, подошел ближе и, приподняв обложку, вчитался в документ. Ясно, это от Себастьяна. А он сам где? От догадки настроение сразу просело, и я раздраженно цыкнул. К тому же, при мысли, что сейчас увижу этого деда, воскресшая совесть намекнула, что я все еще ничего не сказал Кай. Себастьян и так будет стебать за вчерашний вечер, а если просечет, что я развел сопли, начнет тыкать носом ещё и в мою слабохарактерность. В голове почему-то всплыло «бесхребетный» в исполнении Кай, и я совсем скривился. Решимость сказать ей, как сильно я ее люблю, что пропал в ней и все, что вертелось в голове со вчерашнего вечера, подвинулась и заглохла под признанием собственной... Бесхребетности. Докатился.