Сначала она долго читала открытки на розах. Зачем она их на подоконник кладет? Разве ваза не практичнее? А, кто ж знает, что за тараканы у нее в голове… Ох! Я увеличил экран вглядываясь в содержимое кофра. Это же… Парные пистолеты Элиен! Обалдеть… Я думал они утеряны. То есть, все так думали! Когда ее убили, оружия на ней не было, ничего, даже захудалых булавок. Откуда она их взяла?.. Письмо. Сильнее увеличив изображение, я понял, что прочитать все равно не удастся. Качество не очень… Может, наведаться к ней в комнату как-нибудь? Посмотрим, куда она их положит. Или нет. Не-ет, я не готов на это смотреть! Я мгновенно отвернулся, когда Кай стянула с себя белье, намереваясь померить подарок. Боже… И почему я так смущаюсь? Что я там не видел… Я хмыкнул и обернулся. Мать. Вашу.
— Убейте меня… — я откинулся назад, а перед глазами стояла просто убийственная картинка того, как тонкая бежевая ткань плотно ложится на очаровательную попку моей малышки. Мироздание, за что?! Я тряхнул головой и, подождав еще немного, вернулся к экрану. Кай снимала верх.
— Да ты стебешься?!
Я все-таки кинул телефон в стену. Душ. Мне срочно нужен душ! И от яда я бы не отказался…
Глава 6
Неделя прошла неплохо. К зверствам мастера я привыкла еще летом, так что это не сильно меня тревожило. Хотя, реакция окружающих в момент, когда он от души повалял меня по площадке, да еще и ногами попытался достать, пока я отплевывалась от песка, стоя на четвереньках, повеселила. Это они еще не слышали, как он орет на меня во время домашних тренировок. С Джери мы неплохо поладили и иногда вместе обедали, хотя чаще всего мне составляла компанию Виа. Общий настрой сдвигался в положительную сторону, и учеба в академии перестала казаться чем-то жутким… Единственное, что напрягало, — затишье со стороны Эшлин и компании. Конечно, меня саму мучила совесть, но, зная ее характер, я ожидала решительных действий.
И, видимо, в конце второй недели учебы удача от меня отвернулась. Началось все с тренировки с мастером.
— Нет, ну ты мне объясни, каким местом ты меня слушала?! — нанося очередной болезненный удар в ключицу, возмущался он.
Стиснув зубы, я продолжила делать выпады. Рукопашный бой не был бы настолько страшным, если бы у меня был другой мастер. Вон, Петр, мой одногруппник, спокойно и размеренно тренирует удары на груше. Так почему именно мне так не везет?!
Очередной неудачный выпад, и мастер с размаху кидает меня на землю. Воздух в который раз вышибает из легких, и все, что я могу, это судорожно глотать ртом пыль и пытаться встать.
— Никуда не годится. Я в десятый раз повторяю: внимательнее следи за корпусом! Под таким наклоном тебя поймать легче легкого. Причем как угодно: хоть так, хоть эдак. Даже убить можно на раз-два.
Я наконец-то встала и снова приняла боевую стойку. Угол не тот? Ну ладно… Я наклонилась ниже и снова сделала выпад. Даже коснулась кулаком живота мастера, когда меня перехватили за талию и буквально перевернули в воздухе. Я больно приложилась шеей об землю и упала на спину. Кажется, у меня что-то хрустнуло в шее… От боли на глазах даже слезы выступили. Но кого это волнует?
— Вставай давай.
Он со скучающим лицом проследил, как я встаю, и замер в ожидании. Мне ничего не оставалось, кроме как сделать очередной выпад… В этот раз меня не роняли и не били. Он перехватил мой хвост и, намотав волосы на кулак, опустился на колено.
— Ай! — пискнула я, падая следом. Мамочки, как больно!
— Я тебе что сказал? — раздался тихий злой голос возле уха, и мастер начал дергать хвост на себя при каждом слове, — Наклон ниже, следи за корпусом, голову пригни, за противником следи. А ты что сделала?
— Не знаю! — я схватилась за резинку, стягивающую хвост, в надежде уменьшить боль. Он с меня сейчас скальп снимет!
— Ты, малявка, вытянула шею так, что до луны макушкой доставала. Наклон почти не сделала. Пригнулась для виду. Еще и за мной не следила. Совсем страх потеряла, куколка?
— Отпустите! — позорно попросила я, чувствуя, как из глаз брызнули слезы.
— Отпустить? — он, резко дернув, выпустил мои волосы из захвата, — Пятьдесят беговых кругов. Иди, переодевайся.
Он развернулся и подошел к скамейке, где оставил свои вещи. Я проследила, как он ушел в одну из дверей галереи, и тоже встала. Как же теперь корни волос болят… Вытерев слезы и шмыгнув носом, поплелась в душ. И как теперь снимать резинку с волос? Любое прикосновение вызывает такую адскую боль, что хоть плачь! Осторожно развязывая резинку, я открыла дверь в раздевалку, сняла кроссовки и, подхватив полотенце, направилась в душ. Да почему ты не развязываешься… Удар! Я даже не увидела, кто меня ударил и пошатнулась. Мимолетно коснувшись занывшего плеча и оставив хвост в покое, обернулась и увидела… Я даже не удивлена.