Наверное, я бы тоже осталась там. Такой же сломанной, перемазанной кровью куклой, только… мне просто повезло. В момент, когда тот человек замахнулся ножом… Мой несостоявшийся убийца сам упал замертво. От ужаса, я буквально ничего не видела, мир плыл, и единственное, что оставалось — слушать и пытаться отползти подальше. Хотелось спрятаться от всех, но мужчина упал прямо на меня, придавив к холодному полу. Сдвинуть его не получалось, и я уже бессильно плакала от страха, надеясь, что хоть кто-то мне поможет… Сначала были слышны глухие удары, потом появилась мама и еще кто-то… Но это было неважно! Мама была рядом! Я хотела прижаться к ней, но она лишь с болью сказала:
— Лесса, ты же обещала…
С тех пор я никогда не нарушала своего слова. Сначала неосознанно боялась, потом вошло в привычку… Хотя, скорее, пришло осознание того, чем все могло обернуться. Постоянные кошмары напоминали о том, что случилось, поэтому до десяти лет я спала со включенным светом — стоило мне оказаться в темноте, и снова чувствовался затхлый запах влажного камня, плесени и крови… Уже позже, незадолго до маминой смерти, я сама пришла к ней и с уверенностью и серьезностью шестилетнего ребенка пообещала ей всегда держать свое слово. Она тогда лишь улыбнулась, потрепала меня по голове… Я вздрогнула, выныривая из тяжелых воспоминаний и вытерла очередную слезинку. Кажется, придется сегодня снова спать со включенным светом. Черт бы побрал мою хорошую память…
Лексан
Вступительные Кай прошла весьма сносно. Становилось заметно, что она привыкла к нагрузкам, так что и последующие две недели были относительно успешны. Правда, когда она устает, делать что-либо с ней становится невозможно, но, думаю, я придумаю, как это решить. По крайней мере, то, что получается сейчас, выглядит намного лучше того, что было в начале лета: она по-прежнему молчит, но слез стало меньше, собранности больше, мозги заработали, и, в принципе, с этой девушкой можно работать.
И вот сейчас, после вечерней тренировки, она вдруг выходит с таким лицом, будто под гипнозом убила человека, а теперь не понимает, что делать, и терзается муками совести. Еще и порез на скуле, пара глубоких царапин на противоположном предплечье… Драка? Или убийство?
Нет! Обещание. Что за маразм? Никогда не понимал подобного. Нарушила, но ведь по веским причинам. К тому же эта Эвори, или как ее там, не сдохла от этого, верно? Но, когда Кай заплакала… У меня резко появилось желание сделать все, чтобы прибить эту Элиан. Странно, да? Хорошо, что Кай успокоилась раньше, чем я все продумал, иначе я бы не смог объяснить причины этого поступка. Даже себе.
А за тортиком мы все же заехали. Правда, она как-то вяло участвовала в процессе.
— Надень что-нибудь с открытым рукавом и приходи ужинать, — попросил я, закрывая дверь в квартиру. Потом обернулся, чтобы встретиться с непонимающим взглядом синих глаз. М-да…
— У тебя царапины на предплечье, надо обработать.
Тут она взглянула на свою руку, удивленно вскинула брови и кивнув, направилась в комнату. Я же поставил пакет на пол у стола и пошел к себе. Мне тоже стоило переодеться и понять, что делать с Кай. Это состояние прострации напрягает, она же не устроит мне истерику посреди ночи? Я не умею успокаивать девушек! Резкими движениями содрав с себя рубашку, я натянул домашнюю футболку и сжал зубы. Вот угораздило же… Кстати говоря, а где они вообще подрались? Вроде бы в академии нет мест без камер, а Кай, при всей своей рассеянности не может не знать о них. Даже в душевых и туалетах стоят тепловизоры¹. Наше руководство — параноики. Да и кто бы не стал таким, обучая огромное количество подростков пубертатного периода, владеющих боевыми искусствами и носящих оружие? Не было бы таких рамок, и к выпуску спецов оставалось бы всего пара человек. А на третьем курсе вообще весело: помимо предотвращения драк, убийств и увечий, надо ловить парочки по раздевалкам и каморкам, потому что дисциплина. М-да… Если Кай попала на камеру, то придется выкручиваться… Хотя, ее обидчицы тоже наверняка засветились в объектив. Можно приписать как самооборону… Да, так и сделаю.
Собрав волосы в хвост, я отправился смотреть, что сегодня приготовить. На мой взгляд, самое подходящее блюдо для рыдающих — тортик. Заодно готовить не придется.
Кай приползла на кухню, когда я уже расставлял тарелки на столе. Выглядела она, мягко говоря, не очень. Опять себя накручивает… Я проследил, как она молча с отсутствующим взглядом садится за стол, и достал из нижнего шкафчика аптечку. Вспомним уроки первой помощи…