Я прокрутил панораму бизнес-центра и постучал пальцами по столешнице. Странно, если она использовала их хранилище, а не, например, банка, который был по координатам, получившимся из одной комбинации цифр. Про какое-то крошечное отделение этого же банка на другом конце Скай-Джи я тем более молчу. Этот адрес получился у Дейма, когда он поменял все цифры местами. Он вообще выдал мне сразу пять мест и столько же возможных паролей для каждого. Как это расшифровывалось, я решил не спрашивать. И не только потому, что не хотел углубляться… У меня перед глазами сидела Кай, вся такая приличная и сосредоточенная, в леггинсах и водолазке, да еще и в толстовке поверх нее. Только собранные волосы открывали два темных засоса под ухом, и, посмотрев на них, я довольно ухмыльнулся, откидываясь назад.
Я до последнего уговаривал себя, что мы едем туда ради примирения Кай с отцом, что я просто сяду с Клэр на кухне и буду пить с ней кофе, изображая, что в нем нет виски. Но где-то километров за десять до дома Алекса я сдался, включил по совету Кай аварийку и завернул в мелкую кондитерскую. Какая-то парочка держала это кафе, пользуясь любовью моднявых жен местных жителей к красивым стаканчикам кофе по утрам, так что Кай понравилось, и мы с чистой совестью проторчали там часа полтора. Потом я смылся на кухню, надеясь, что не столкнусь с Алексом, и даже взялся помочь поменять ту тупую лампочку в духовке, хотя понятия не имел, как это делать. Пришлось звонить Дейму и, игнорируя его требования про цифры, следовать инструкциям. Под конец я все равно послал его, опять же, с чистой совестью. Я сделал все, что мог, чтобы до последнего не наткнуться на Алекса… И все равно столкнулся с ним лоб в лоб, едва спустился! Чтобы охренеть еще больше, когда он первым делом извинился, а потом прямым текстом сказал, чтобы я зашел подписать восстановленный договор. Офигеть. Кто ему так мозг промыл? Себастьян? Да быть не может. Сделав нормальное лицо, я изобразил, что все понял и принял, но на деле еще сомневался, стоит ли мне вообще к нему переться. Дальше слушать его истерики и носиться по проектам? Увольте. В прямом смысле этого слова…
Именно на этой мысли на лестнице раздался стук каблуков, и, повернувшись, я забыл обо всем. И о недовольстве, и об Алексе с его перспективами… Потому что прямо передо мной было самое прекрасное создание. А главное: она смотрела на меня и мне же улыбалась. Только мне. Все, что было дальше, для меня не существовало, я постоянно пытался поймать ее взгляд. Кай, кажется, была в похожем состоянии, потому что сама раз за разом смотрела на меня из-за бокала, из-под ресниц… Я так и не понял, догадался ли Алекс, что мы его не слушали, а дежурно поддакивали и на автомате выдавали факты, вбитые курсом по легенде и просмотром последних новостей, но был рад, когда наконец-то смог остаться с ней наедине. Первой мыслью было забить на его сюрприз и утащить Кай наверх. Потом я подошел поближе… И поняв, что малышка от меня недалека, расслабился, позволяя себе плыть по течению и в полной мере просмаковать предвкушение. Мы были вместе, нас никто не торопил, и мы оба прекрасно знали, чего хотим. Разве что в какой-то момент мне в голову закралась мысль, что будто бы оставаться с ней после выпитой напополам бутылки шампанского — не лучшая идея, потому что кое-кто очевидно не трезв, но я задушил ее голыми руками, отбрасывая идиотскую неуверенность подальше. Я ее хочу и не собираюсь отказывать, если она меня хочет. Меня вообще одобрили. Алекс конечно охренел, когда я про костюм сказал, но мы еще обсудим. В крайнем случае всегда можно позвонить постфактум из самолета…
Я снова посмотрел на Кай и еще раз стукнул пальцами, выдав затейливый ритм. Лучший момент в моей жизни за последнее время, это когда она перевернулась и уселась сверху, заявив, что вернет меня в ритм. Сказать, что я был в шоке — фигня, я взвыл, когда она начала двигаться! Садистка. Даже я замедлялся, когда ты только кончала. Вот в следующий раз…
Кай, будто почувствовав мой хищный взгляд, подняла голову и, с подозрением покосившись на меня, покраснела. Я только ухмыльнулся шире, чуть ли не кровожадно облизываясь. Никогда не перестану удивляться, как она творит такое, а потом мило краснеет.
— Что? Я не выбрала, — в итоге не выдержав, проворчала она и, с шумным вздохом отбросив бумажки, откинулась на спинку кресла. Потом подумала, повернувшись, перекинула ноги через подлокотник и вообще улеглась. Я ехидно хмыкнул.
— Ты хоть убрала то, что точно не возьмешь?
— Ничего не возьму, я буду жить здесь, как в бункере…
— Ты не выдержишь и сбежишь, — безапелляционно отрезал я и, снисходительно улыбнувшись в ответ на возмущенный взгляд синих глаз, усмехнулся. Будто я не знаю тебя. Как только становится скучно, твоя симпатичная попка начинает искать приключений, попутно втягивая в проблемы и меня заодно. Хотя идея постоянно видеть тебя в пределах квартиры и иметь в своем распоряжении двадцать четыре на семь не так уж и плоха… Особенно часть про «иметь» и «двадцать четыре на семь». В этот раз свои коварные планы я постарался скрыть. Кай еще раз шумно вздохнула, пристроилась поудобнее…