В некоторой степени это все равно вероятно… Мне вспомнилась их практика, я задумчиво хмыкнул и, сев, покачал головой.
— Я предупредил.
— Я тоже.
Новый мрачный взгляд напоролся на такой же от опера, и мы, опять не найдя точки равновесия, уткнулись в документы. Хм. Перекладывая стопку поудобнее, я вдруг вытряхнул из нее какой-то маленький листочек и, наклонившись, поднял его с пола. Цифры какие-то… А выглядит знакомо.
— Де-ейм… — с подозрением осматривая огрызок бумажки в клетку, протянул я и, встав, подошел к оперу, чтобы продемонстрировать несколько рядов цифр. Он удивленно вскинул брови, потом залез в сумку от ноута, чтобы вытащить такой же огрызок, и отозвался:
— Выглядит знакомо… Почерк тот же, цифры разные. Ну-ка дай сюда.
Он закопался в цифры, а я покосился на дверь. Сейчас как придет опять… Решив дать Дейму несколько минут на спокойную расшифровку, я вышел из кабинета и, дойдя до кухни, обнаружил свою куклу с опасно поднятым ножом. Эм…
— Если ты собралась убить Дейма — не стоит, — посмеиваясь, выдал я и, подойдя ближе, аккуратно обнял ее запястье пальцами, опуская грозное оружие. Кай встрепенулась и, вдруг фыркнув, хихикнула.
— Не бойся, опер тебе пока нужен… Мороженое замерзло и не режется.
Хм. Я заглянул малышке через плечо, чтобы увидеть пласт непонятной формы, где поверх фольги застыла какая-то белая жижа. Видимо, когда мы днем забыли убрать, оно растаяло, а потом случилось это. Не удержавшись от расстроенного вздоха, я положил подбородок на плечо Кай, задумчиво коснулся его губами, приобнимая ее со спины, и проворчал:
— Тогда забей.
— Да я догадалась, что ты просто меня оттуда выставить пытался, — со странной интонацией отозвалась она и, действительно завернув фольгу обратно, отложила нож, — Испарить.
— Малыш…
— Да?
Я отстранился, позволяя ей подойти к холодильнику и убрать брикет в морозилку, а вот когда она повернулась… Вызов, читающийся в синих глазах выглядел одновременно опасно и соблазнительно. Равно как и провокационно изогнутая бровь. Улыбнувшись, я шагнул к Кай, притягивая ее за талию и вкрадчиво поинтересовался:
— Ты обиделась?
— Нет, о чем ты, — мне подарили очаровательную улыбку и хлопнули ресницами, — Я всего лишь взяла на заметку, что из твоего кабинета надо испаряться.
— Ка-ай…
— Да? — она совсем издевательски улыбнулась, и мне не оставалось ничего, кроме как поцеловать ее, прежде чем мурлыкнуть:
— Ты серьезно?
— Ну, мне же нужен был повод…
Она очень ехидно ухмыльнулась и, довольно обняв меня за шею, сама потянулась, чтобы коснуться моих губ. Вот же… Насмешливо хмыкнув, я ответил, скользнул ладонью по ее спине, а едва отстранился, снисходительно обронил:
— А почему нельзя сделать поводом мою благодарность за кофе?
Синие глазки хитро прищурились, Кай уперлась пальчиком мне в грудь и наигранно несчастно пропела:
— Потому что ты меня не любишь, потому что ты меня не ценишь…
Вот черт, лекция Себастьяна и тут меня достала. Я приподнял руки в пораженческом жесте, склонил голову… Но не выдержал и, шкодливо улыбнувшись, подхватил Кай, когда она пошла к кофемашине. Тихо взвизгнув, она захихикала, а поняв, что я усадил ее себе на коленки и успел укусить в шею, перестала сопротивляться, напоследок тихонько довольно вздохнув. Ее пальчики сжались на моей ноге, находя точку опоры…
— Малыш, ты прекрасно знаешь, что это не так…
— Твою мать!
Мы оба вздрогнули, услышав приглушенный вскрик, дернулись, вырывая спрятанные ножи и… Осознав, что в нашей квартире Дейму точно ничего не грозит, выругались. Кай раздраженно швырнула свой стилет на столешницу, тихо выматерилась, а вот я, не сдерживаясь, ругнулся громче и, подлетев к кабинету, распахнул дверь с грозным:
— Ты больной так орать?!..
Что он вообще делает? Я недовольно осмотрел Дейма, отшатнувшегося от своего ноута, очевидно сбившего несколько стопок со стола и теперь смотрящего на экран квадратными глазами. Опер перевел взгляд на меня, опять обалдело глянул на ноут и, тихо хрипло выругавшись, пояснил:
— Я не знаю, что я нажал, но это полный … — он наконец смог взять себя в руки, кашлянул, потянувшись к мышке, прокрутил колесико и вдруг поднял на меня абсолютно бешеный взгляд, — Офигеть… Алес, это круче, чем архив, — Дейм промотал еще немного вниз и вдруг с благоговением выдохнул:
— Это походу те самые теневые списки.
Что? Я обежал диван и заглянул в экран. Дейм листал длинный рейтинговый список, который выглядел очень знакомо, вот только имена в нем отличались от того, что я привык видеть в своем рабочем профиле. Но, что самое интересное, — рядом с каждым была небольшая фотография.