Стол, хотя и по-домашнему простой, радовал изобилием: соленые грибы и огурчики собственного приготовления, жареная картошка, селедка, колбаса двух сортов, сыр, а на краю стола — большой каравай белого и буханка ржаного, которые, чтобы не засох хлеб, так и не нарезали до приезда гостей.
Выждав, пока все расселись, Владимир взял нож и занялся этим благородным мужским делом, потом открыл бутылку водки, налил по рюмочке себе, Ласкину, не забыл и тетушек. А Маринка, быстренько покончив с супом, с удовольствием принялась за картошку с грибами, которые она очень любила.
Первую рюмку дружно выпили за встречу и с аппетитом закусили после нее. Только Ласкин, как обратил внимание Владимир, был невесел, ел вяло, в разговор вступал редко, невнятно и вроде несмело, хотя бывал в этом доме не единожды. Лишь после третьей рюмки он стал разговорчивее и свободнее в общении.
Закончив отвечать на расспросы тетушек о своей жизни в городе, Владимир попросил Ласкина рассказать, как идут дела в «Парижском коммунаре».
Григорий Николаевич в деталях охарактеризовал обстановку в хозяйстве, которое ему досталось в наследство от прежнего руководителя.
— Валить все на него не собираюсь, — сказал Ласкин. — Считаю, что развитие хозяйства во многом сдерживает отсутствие дороги с твердым покрытием. Страдают от бездорожья и люди: в райцентр или в город на машине — собственной или колхозной — проехать можно только в сухую погоду. Если же пройдет дождь — чернозем сразу превращается в месиво, и о том, чтобы выбраться куда-либо из села, нечего и думать.
— Мы полностью согласны с председателем, — вступила в разговор Александра Яковлевна. — Но нам особенно важно, жизненно необходимо, чтобы в селе появилась наконец своя хорошая, в смысле пригодная для питья, вода. Был у нас колодец, внизу, за садом, многие им пользовались. А после того как однажды нашли в нем утопленницу, люди пить из него воду перестали, хотя колодец тщательно вычистили. Берут воду только для полива, даже скотину поить этой водой не решаются.
— Правильно, Владимир Алексеевич, — поддержал директора школы Ласкин. — Мы давно уже думаем, как нам обеспечить народ водой. Я пытался узнать, когда будут распределять башни Рожновского, но в управлении сельского хозяйства мне ответили, что этого никто не знает, а башни и сейчас находятся в списке острейшего дефицита.
— Но к башне нужны водоразборные колонки, трубы. Они у вас есть? — поинтересовался Филиппов.
— Откуда! У нас есть пока одно — желание провести по селу водопровод. К сожалению, — отвечал Ласкин, — мои хождения по кабинетам закончились без всякой надежды на успех. Директор базы, прочитав мое письмо, скрепленное лишь колхозной печатью, сказал: «Ишь чего захотел! Молодой, да больно прыткий».
Обе тетушки посмотрели на племянника и переглянулись. Затем старшая нерешительно спросила:
— А может, Володя, ты возьмешься помочь?
— Уже в стороне не останусь, — заверил Владимир. — Однако не все сразу. Постараюсь вначале решить вопросы по приобретению менее дефицитных изделий.
Здороваясь, в комнату вошли Иван Сидоров и братья Журавлевы — Алексей и Сергей. Хозяйки бросились встречать и усаживать новых гостей, а Владимир, широко улыбаясь, налил им по штрафной…
Без лишних уговоров они дружно выпили, слегка закусили. Узнав, о чем калякают начальники, мужики с ходу включились в беседу, заговорили о своем, наболевшем.
— Вот недавно, — начал плотник Алексей Журавлев, — бригада наша закончила ремонт зернового склада. Он был, что и говорить, в аварийном состоянии, и хлеб в нем хранить стало нельзя. Однако материала на ремонт еле наскребли. Теперь ни горбыля, ни тесу в хозяйстве не осталось. А как скотина будет зимовать? У нас ведь одно название — коровник. Его уже давно надо ремонтировать! А для этого нужен лес. И в частности тес.
— Да, коровник вот-вот развалится, — согласился председатель. — Ты прав, Алексей. И я давно уже отправил в управление сельского хозяйства письмо. Но, к сожалению, пока никакого ответа…
— А вообще, — подхватил Иван Сидоров, — для нормальной работы колхозу позарез нужна пилорама. Тогда мы своими силами могли бы поддерживать все постройки в надлежащем виде. Пилорама — это вопрос номер два. Первым номером идет, конечно, дорога. Но если будет своя пилорама, надобность возить бревна в соседний район на распиловку отпадет. Да и своим сельчанам, в порядке очередности, всегда можно будет оказать услугу…