— Понятно, — согласился Николаев. — Как народный он привык, что его везде встречают, да не просто, а с хлебом-солью. Поэтому еще раз спрашиваю: приедешь?
— Во сколько, ты сказал, начало?
— В семь вечера. Подъезжай, Володь, посидим, поговорим. Мы уже давненько не встречались.
— Спасибо, Иван, приеду, если ничего аварийного не случится.
— А что, и у вас бывает что-то аварийное?
— Конечно! И такое, что решать приходится на самом высоком уровне. Помнишь взрыв на речном судне? Десятки людей тогда погибли. Крутиться приходилось до ночи. Правительственная комиссия работала… А театр драмы, — вспоминал Филиппов, — когда мы проводили полную реконструкцию? Копнули поглубже в подвальном помещении, под зрительным залом, и представь себе, обнаружили… Ну, что бы ты думал? И не отгадаешь!
— Бомбу? Неразорвавшийся снаряд?
— Близко к этому, Иван. А конкретно — кубическую емкость, заполненную мазутом. И кубик этот гораздо выше человеческого роста. Нетрудно представить, что в случае чего он мог бы шарахнуть не хуже, чем бомба. Понимая, какую опасность представляет эта штуковина, шеф сказал мне: «Пока не вытащите цистерну из-под театра, об отпуске не может быть и речи». Вместе с главным инженером главка Сырцовым повозились с ней не один день.
— Но это у вас единичные случаи?
— Какое! Вот, например, на той же реконструкции театра драмы, — горячо продолжил Филиппов. — Прихожу как-то утром, а люди и не думают приступать к работе. Перед театром — полно народу. Как на митинге столпились, шумят, волнуются. Нам ежедневно один из районов города по графику около ста человек в помощь присылал. Спрашиваю прораба: в чем дело? Не объясняя, он приглашает меня спуститься вместе с ним вниз, в подвал, откуда мы запланировали вынести битый щебень и старую штукатурку. Входим в подвальное помещение, и вдруг в тишине отчетливо слышу: где-то тикают часы. Хотя известно, что в подвале никто обычно ходики не держит. Это может быть только часовой механизм в каком-то взрывном устройстве! И действительно, на груде камней вижу металлическую коробку. Ужаснулся, конечно! Прораб сказал, что из-за этого механизма в коробке люди и отказались работать. Я обратился в КГБ. Оказалось, что это реле времени.
— Да, кто-то сыграл с вами злую шутку, — согласился Николаев и уточнил: — А сегодня-то что у вас аварийного?
— У нас не сегодня, а в понедельник состоится заседание штаба по строительству Выштинского комплекса. По долгу службы готовлю шефу на это заседание вступление и заключение. В общей сложности минут на тридцать, — пояснил Филиппов.
— Ну, думаю, это для тебя особого труда не составит. Ты же член Союза журналистов. Мигом настрочишь.
— Для такого уровня «мигом» не подходит. Надо сидеть и серьезно думать, что и к чему. Обычно для подготовки так называемой болванки мне выделяют специалистов в помощь, — разъяснял Владимир. — Сегодня «болванку» мы уже сделали, а для составления окончательного варианта ожидаем, когда и каким транспортом пришлют точные данные. Только сейчас сообщили, что их доставит пилот рейсового самолета. К сожалению, он прилетает в семь вечера. К этому времени наша машина будет уже на аэродроме. И все равно я не успеваю подъехать к вам вовремя.
— Я тебя понял, Владимир, — сказал Николаев. — Но все-таки смотри по обстановке. И приезжай — теперь сам знаешь, куда и когда.
Владимиру хотелось пообщаться со своими «вулкановцами», а заодно и встретиться с народным артистом Союза. Он догадался, что Елисеев звонил, чтобы поговорить со Славяновым. В последние годы в каждый свой приезд в город он стал делать это. А началось такое после того, как матери артиста выделили квартиру: Славянов лично занимался решением данного вопроса. «Интересно, каков в общении народный? Быстрей бы получить отчеты, а там, глядишь, возможно, удастся и на встречу на часок заехать».
Однако самолет из Вышты приземлился в аэропорту с опозданием на двадцать минут. Пока привезли документы, пока переписывали два текста выступлений председателя, потом считывали, исправляли ошибки, наступила ночь, и Владимир понял, что встреча с народным не состоится. Однако особо об этом он и не жалел: ведь этим вечером был заложен еще один кирпичик в фундамент общих усилий, от которых во многом зависело быстрейшее завершение строительства громадного комплекса, с пуском которого предполагалось заметно улучшить обеспечение населения области продуктами питания. Сознание этого радовало Владимира гораздо больше, чем встреча с народным артистом.