Занимаясь неотложными делами, Алена несколько успокоилась и старалась не вспоминать, что под ее отношениями с Филипповым подведена черта.
Она собралась, навела макияж, не выдержала и еще раз примерила кулон, осмотрела себя в зеркале и не увидела в нем убитой горем женщины. Потом, спрятав коробочку в чемодан и посерьезнев, направилась сначала в столовую на ужин, а потом в город — совершить последнюю прогулку, невольно думая о том, как она бродила по ночным улицам с Филипповым.
…А Владимир, обескураженный неслыханно дерзким поведением обычно кроткой Алены, лежал на кровати у себя в номере и, размышляя о происшедшем, удивлялся не только ее выходке, но и народной мудрости, давно подметившей: сколько веревочке ни виться, конец все равно будет. Вспоминая годы их связи, он сожалел о случившемся, но, с другой стороны, понимал и Алену: она вынуждена была так поступить, потому что решительного шага от него устала дожидаться, а если честно признаться, так бы и не дождалась. И винить ее не за что. Ему было приятно иметь под рукой такую женщину — молодую, красивую, готовую с ним на все! К сожалению, для него самого этим всем была работа: он постоянно находился на службе, был занят, что создавало немало трудностей для их отношений. И конечно, семья.
«Ну что ж, теперь все определилось: живы будем — не помрем, — подытожил свои думы Владимир. — Сейчас главное — благополучно вернуться домой, достойно провести день рождения жены, если она успеет к этому времени выздороветь. А вот после семейного торжества, уже в новом году, предстоит важное событие в жизни области — шестидесятилетие председателя облисполкома. Интересно, какие сейчас отношения у Славянова с Богородовым? Хотя за месяц вряд ли что могло кардинально в них измениться, и, вероятнее всего, они остались теми же, что и после вызова обоих руководителей на доклад к секретарю ЦК КПСС Давыдову. Все, видимо, идет по-прежнему». Владимир получил подтверждение этому во время разговора со своим коллегой Липатовым, который сообщил ему, что в облисполкоме все нормально: все живы и здоровы, работают на своих местах. Так что волноваться Филиппову было не о чем, и в оставшиеся до возвращения несколько дней он решил попытаться полностью отключиться от всего, успокоиться и отдохнуть, а для начала сходить на почту и позвонить домой.
Из разговора с дочерью Владимир узнал, что Катерина все еще находится в больнице. И хотя аборты он ей не простил, все же понимал, что сейчас, когда она болеет, о них лучше не вспоминать. Чтобы как-то успокоиться и не думать об этом, и конечно, о неожиданном разрыве с Аленой, он отправился прогуляться по городу, сознательно избегая тех маршрутов, по которым совсем недавно водил свою спутницу.
В номер Владимир вернулся поздно, когда отдыхающие уже пили на ночь кефир. Он принял душ, разогрел чай, выпил рюмочку «Посольской», закусил вареным яйцом и бутербродом со шпротами, а после стакана чая с вафлями убрал все со стола, выключил телевизор и лег спать, решив, что не предпримет ни малейших попыток к возобновлению близких отношений с Аленой.
…Через три дня Филиппов вернулся в родной город, думая о предстоящем дне рождения жены и о том, что председатель облисполкома обещал устроить его в будущем году на другую работу с более высокой зарплатой. Владимир очень надеялся на это и верил, что данное два года назад обещание Славянов обязательно выполнит: слов своих он не бросал на ветер.
Глава 18
В первый после отпуска рабочий день Филиппов пришел на службу раньше всех, чтобы побыстрее ознакомиться с обстановкой и настроить себя на предстоящие дела. Он открыл форточку, проветрил свой кабинет, полистал подшивку областной газеты, разобрал скопившиеся на столе сводки, в ежедневнике записал дату и вывел пожирнее цифру один, а через равные промежутки еще двойку и тройку — для записи предстоящего задания от председателя.
Вскоре подошла секретарша Валерия, а за ней — Леснов и Липатов. При виде отпускника все оживились, поздоровавшись, внимательно оглядывали его, наперебой задавали вопросы об отдыхе, потом делились с ним новостями из жизни области. Наконец, взглянув на часы, дружно, как и всегда, втроем отправились встречать шефа, который по распорядку на день хотел немного позаниматься неотложными делами, а потом вместе с первым секретарем обкома партии Богородовым должен был сопровождать министра внутренних дел РСФСР Марчука.