"Гараж у тебя есть?"
И получив утвердительный ответ, скомандовал: "Ну, вот туда и поезжай".
Когда же Павел приехал к своему гаражу, Валерка приказал ему выйти из машины, открыть гараж и туда войти. Вампиры вошли вслед за ним. Уединённый гараж был как раз отличным местом для подобных разборок. По счастливой случайности в нём ещё и не было машины, и Валерка загнал туда свою ладу, чтобы из соседних гаражей никто не заметил здесь чужую машину. После этого он закрыл двери и сказал Юрке: "Ну вот, разговаривай, сколько хочешь. Потом, когда он успокоится, Верну возможность говорить, чтобы выслушать его объяснения". Павел в ужасе шарахнулся от Юрки, отскочив в угол гаража, когда тот ему напомнил: "Вспомни Заосередные сады, гнида. Это было чуть больше месяца назад. Помнишь легковушку, в которую ты въехал на полном ходу?" Павел забился в угол, поняв, что ничего хорошего ждать не приходится. В его глазах читался ужас.
"Помнишь, как она горела? Я был в той машине. Дверь заклинило, она не открывалась. Вокруг полыхало пламя. Я уже видел эту с косой, которая ко мне протягивала свои костлявые руки, чтобы заключить в объятия. Ты хоть представляешь, тварь, как это страшно, когда рядом умирают твои близкие любимые люди, которым ты ни чем не можешь помочь потому, что не в силах даже отстегнуть ремень сломанными руками? Ты сейчас ответишь за всё, пришёл твой последний час. Всё, Валер, кончай его. Я даже не хочу слушать его объяснения, его враньё. Ты же видишь, что он только машет головой, отнекиваясь, дескать, я тут не причём, я не я и хата не моя. Сама невинность".
"Хорошо, тогда я с ним поговорю. Слушай, Павлуша, это я тогда вытащил Юрку из горящей машины буквально за минуту до взрыва. Иначе он был бы сейчас мёртв, как и его родители. А знаешь, как мне удалось это сделать? Я вампир. Сейчас докажу, чтобы ты поверил. Смотри сюда, как у меня клыки вырастут, чтобы ты не подумал, что накладные".
Увидев такое, Павел чуть ли не полез на стену, шарахнувшись об угол. Он упал, отполз, забившись в угол ещё дальше, и закрыл лицо руками.
"Нет, ты смотри смерти в лицо, так же, как смотрели те люди в машине. Я сейчас тебя убью. Это будет сделано одним ударом ножа в сердце. Почувствуешь ли ты боль, честно, я не знаю. Но зато это будет быстро. На момент удара я лишу тебя возможности двигаться, чтобы не дёргался. Орать ты уже не можешь. И мы только будем видеть страх в твоих глазах, животный страх. Потому, что ты животное, тупое животное".
Валерка достал нож, вытащил лезвие.
"Но убью я тебя не сразу. Сначала мы насладимся твоим страхом. А может быть, ты убедишь меня этого не делать? Я верну тебе возможность говорить, если не будешь орать, иначе опять замолчишь. Ну что, готов к диалогу?"
Павел утвердительно кивнул головой и как только смог сразу же начал отнекиваться, пытаясь оправдаться: "Это не я! Не я!"
"А я думал, что ты осознал, раскаялся. Кого ты пытаешься обмануть? Я читаю твои мысли. Значит ты сейчас сдохнешь, хорёк вонючий".
"Не надо, пожалуйста, не надо. Да, я виноват. Юр, прости, я не хотел. Прости ради моих детей. Они же до сих пор ждут мать, у них не будет и отца".
А на фига им такой отец? Ты какой пример подаёшь детям? Зачем пьяным за руль садишься? Да и как тебе удалось оклеветать Юркиного папашу, якобы это он был пьяным?"
"Юр, прости. Я подумал, что мёртвому уже всё равно объявят его пьяным или трезвым. Я продал машину и дал взятку следователю, чтобы не сесть в тюрьму. Я нужен моим детям. Честное слово, я не был пьяным. Я просто уснул. Я не спал больше суток, ехал без сменщика. Я его отпустил, хотел побольше заработать для моих детей. Ехал без сна, чтобы приехать вовремя. Я думал, что смогу. Уже к дому подъезжал, хотел ещё успеть с детьми повидаться. Юр, Валер, я сожалею, но вернуть уже ничего нельзя. Правда, я осознал и раскаялся уже тысячу раз. Простите. Да я спать не могу нормально, кошмары снятся. Вижу горящую машину, и они ко мне приходят, которых я убил. Если разрешишь мне жит, честно, никогда больше не поеду без сменщика. Если бы я только мог как-то искупить, то, что сделал. Валер, да я и не против понести наказание за это. Но дети! Не убивай, пожалуйста, прости".
"Всё, хватит! Вижу, что говоришь правду. Но не от меня зависит, будешь ли ты жить. Юрка приговорил тебя к смерти, я лишь приведу приговор в исполнение". Павел плакал, и Валерка видел, что это истинные слёзы раскаяния. Но ему пришлось вновь лишить возможности двигаться и говорить приговорённого. Валерка вновь взял в руки нож.
"Юр, у тебя есть пять минут, чтобы передумать, по истечении которых я воткну ему в сердце этот нож. Здесь в гараже мы его и оставим.
Медленно тянулись минуты тишины. Минута. Другая.
"Валер, не надо!"
Валерка убрал нож в карман, одобрительно улыбнувшись своему ученику. Затем он стёр из памяти Павла воспоминание о вампирах. Остальное пусть помнит, это будет ему на пользу.
"Всё, Пашка, вставай. Поедем домой к твоим детям".
Павел со слезами стоял на коленях, благодарил Юрку за возможность жить.
"Паш, куда тебя отвезти? Ты ведь куда-то шёл, по каким-то делам?"
"Я не помню".
Дождь наконец-то кончился. Валерка возвращался в Москву. Его ученики в машине обсуждали сегодняшнее происшествие.
"Юр, ну чего ты такой нерешительный? Так и не наказал мерзавца".
"Стоило тащиться в такую даль?"
"Потому что я знаю, каково без родителей, хотя мне восемнадцать. А это дети, ну не смог я с ними так поступить. Валер, извини, что зря поехали. Я думал, что смогу. Злишься на меня?"
"С чего ты взял? Я горжусь тобой. Ты думал, что сможешь, а я знал, что не сможешь. И ждал такого решения. Просто ты остался человеком. Да к тому же...
Влюблённые, вы - миротворный мирт,
Ведь доброта в самой любовной химии.
Влюбляйтесь, люди! Вы спасёте мир:
Влюблённые не могут быть плохими".
"Это так заметно?"
"Юр, никогда нельзя притвориться, что любишь и никогда нельзя скрыть любовь. Ты ей тоже симпатичен как раз потому, что человечный. Вот таким и оставайся, просто будь самим собой, и это оценят обязательно. А через год вы, ребята, все у меня вновь людьми станете. Хорошо, что никто из вас людей не убивал".
Ромка с Андреем были очень удивлены и обрадованы этим известием. Видно было, что они уже сполна хлебнули вампирской жизни, пока были с Альбертом и так были измотаны этим. Валерка их спросил: "Насильно вас что ли Алик обратил?" Вроде он этого не делает".
"Не насильно, но он умеет выбрать момент, когда не откажешься, когда очень паршиво".
"Да, зря мы согласились, сдуру".
"Ничего, ребята, всего лишь один год. Я научи вас, как с этим жить и помогу. Знаю я Альберта, он и мёртвого уговорит".
"Нам просто повезло, что он поручил тебя убить, что мы теперь с тобой".
"Да, Валер, с тобой так спокойно, как будто всё в порядке, и ничего ужасного не произошло".
"А так и будет, всё и будет в порядке. Это как в погоде. Был ливень, и вот уже солнце проглядывает".
"Валер, а я уже не хочу становиться человеком, хочу быть с Александрой".
"Юр, на размышления у каждого есть ещё целый год. Но вам предстоит принять не простое решение. Следующий шанс будет через сто лет. А сейчас давай кА за руль. Ромка с Андрюхой водят прекрасно, а тебе надо потренироваться. Потом научишься иномарки водить, вампир должен всё уметь".
До Москвы осталось ехать где-то около часа. Валерка решил, что они сегодня успеют вовремя в бар на встречу со своими друзьями-людьми. Юрка вёл машину, и он сам стал звонить Мишке, Тимке и Насте. Но ни один телефон не отвечал. Валерка звонил вновь и вновь на все номера, но, как оказалось, напрасно. Машина его уже ехала по улицам Москвы. Юрик проехался по адресам своих друзей, но никого не оказалось дома. И вот Валеркина лада остановилась у бара "Чёрный лебедь". Выскочив из неё почти на ходу, вампиры вбежали в бар. Там Михаил и Тимофей сидели за столиком вместе с Альбертом и беседовали, словно были лучшими друзьями. Валерка подбежал к ним.