"Это Светик".
"Но с твоей подачи. Я заставил тебя обращать в экстремальных условиях, и ты опять справился. Снова отличная ученица. Ты победил, я не смог доказать тебе и себе, что ты такой же вампир, как все. Ты остаёшься белым и пушистым. Ты готов всегда прийти на помощь. Поэтому тебя все любят и у тебя так много друзей. Я должен извиниться за всё, что сделал тебе. Можешь взять меня за руку, чтобы проверить, буду ли я говорить правду. Ты ведь хочешь что-то узнать? Спрашивай. Лишь тебе я разрешу это сделать, если твоё предложение остаётся в силе".
Альберт протянул руку.
"И ты готов снять защиту?"
"Да, я готов".
Валерка взял за руку Алика и почувствовал такую боль от этого поражения, от одиночества, от только что обретённойлюбви.
"Сначала я попробую избавить тебя от этой боли".
Минут через двадцать, почувствовав, что боль уходит, Валерка отпустил руку.
"Я не буду тебя допрашивать держа за руку. Если готов дать руку, значит, ты не собираешься лгать. Я даже готов простить тебя потому, что благодарен за спасение моей Насти. Алик, а почему ты её спас?"
"Наверное, потому, чтобы хоть частично искупить вину перед ней и перед тобой. Валер, ты простил Мишку и Тимку, готов меня простить. А как же Настя? Мне стало жаль эту девчонку. Она готова жертвовать ради тех, кого любит. Прости её, она просто безумно тебя любит. Она настоящая, а настоящих людей я встречал мало. Понимаешь, мало почти за триста лет. Меня предавали, обманывали, поэтому я разучился доверять. Я ведь тоже люблю людей, настоящих. Но их нет. Знаешь, с каким удовольствием я слушал стук сердца, когда обнимал твою Настю? Живого, тёплого человеческого сердца. Прости. Насте, юрке, Владу я бы не причинил вреда. Они у тебя настоящие. Поэтому я очень жалею, что не стал твоим другом".
"Не причинил бы вреда, говоришь? А то, что ты её изнасиловал - это ничего?"
"Не насиловал я её".
"Илону тоже не насиловал?"
"Я насиловал Илону? Я жизнь за неё отдам. Если бы мог, стал бы человеком, не раздумывая, на этот хеллоуин. Она так похожа на Марфу. Марфу я потерял, её убили, она умирала у меня на руках. Не хочу Илону терять. Я влюбился, как мальчишка. Я так хотел ею обладать, обнимать её, целовать. Я думал, что справлюсь. Но она просто свела меня с ума. Я не хотел причинять вреда Илонке. Когда понял, что теряю контроль над ситуацией, я прокусил себе руку".
"Это, Алик, уже плагиат. Так у тебя был секс с Илонкой?"
"Да, но она уже не была девственницей. И, предупредив твой очередной вопрос, скажу, что она не беременна. Это я смог сделать, можешь успокоить её опекуна. И передай Светику от меня спасибо заЛонку. Если мне будет вынесен смертный приговор, то перед смертью будет что вспомнить - это синеглазое чудо".
"Пойдём, сам ему скажешь".
"Куда пойдём?"
"На воздух. Сколько можно здесь торчать? И саам Светику всё скажешь. А об этом я никому не скажу".
Валерка смахнул с щеки Альберта кровавую слезинку.
"Я знаю, Валер".
Алик с Валеркой вышли из палатки. , где их встретили Светик и Александра.
"Я вижу, что переговоры прошли удачно?"
"Более чем".
"Готов, Алик, предстать перед судом?"
"Теперь да. Я знаю, что по правилам вы можете это сделать".
"Да ты никак и правила вспомнил?"
"Светик, я знаю правила".
Молодёжь у костра веселилась. Они уже познакомились и с удовольствием общались. Влад с Катериной к ним присоединились. От костра доносились разговоры, смех, звуки гитары. Вскоре Юрий разместил гостей по палаткам, он понимал, что людям нужен отдых после всех пережитых приключений. Потом он предложил Владику и Катьке: "Пойдёмте отсюда, здесь сейчас будет суд. По вампирским законам трое могут судить того, кто их нарушает, если у них накопилось к нему достаточно претензий".
"А поприсутствовать можно?"
"Нет, ученикам здесь делать нечего. Пошли лучше купаться".
Молодые вампиры с Владом ушли от костра, а старшие расселись вокруг него. Святослав, как самый старший из судей, открыл судебный процесс: "Начинаем судебный процесс по делу Альберта Гиршвельда, который обвиняется в нарушении наших законов. Алик у меня было пятеро твоих учеников. В чём дело? Сколько их будет ещё?"
"Было бы лучше, если бы я их убивал?"
"На это ты имеешь право. Но было бы лучше, если бы ты их воспитывал. У меня в принципе претензий больше нетКто следующий? Сашка, давай, высказывай свои обвинения".
"У меня тоже ученики, четверо. Мы выяснили, что про Нила он сказал правду. Получается, что и претензий то больше нет".
"Всё значит упирается в учеников? А кто просил вас их подбирать? Я бы их сам потом убил".
"Да что же ты за моральный урод такой? Они ведь хорошие ребята. Ты бы убил Валеру, моих мальчишек и меня в том числе? Да и Мишка с Тимкой вполне нормальными оказались".
"Ну не смешно ли? Вы судите вампира за то, что он моральный урод, а не мальчик-одуванчик. Ну, извините за то, что меня таким сделали, за то, что не хочу быть воспитателем, молокососам сопли вытирать. Я тоже не хотел быть вампиром, но меня вообще никто не спрашивал, меня тоже никто не жалел и не воспитывал. Я, как и вы, очень рано потерял всех близких мне людей".
"Но мы же не стали такими уродами. Были бы у тебя ученики, если бы ты их не бросал, было бы кому тебя любить и ты бы не был одиноким. А не хочешь воспитывать, так не обращай".
"Ты права, Сашенька. С Валеркой я ошибся, зря я так сделал. Всё, Светик, больше брошенных учеников не будет. Считайте, что убедили".
"Ладно, этот вопрос решили. Валера, твоя очередь".
"У меня его учеников нет, я сам обращал. Хочу сказать про людей. Алик, зачем ты против них игру ведёшь постоянно? Они же просто люди. Нам ничего не стоит их сломать, но нам и помочь им также легко. Вот тогда и будешь слышать рядом стук сердца. А разве не здорово чувствовать, как это сердце наполняется любовью и благодарностью к тебе?А люди умеют быть благодарными. Помоги немножко и получишь в ответ в сто раз больше. Алик, ты же видел сегодня людей в нашем лагере. Им такое пришлось пережить, для таких молодых людей это уже очень много. Я всего лишь накормил и дал возможность выспаться голодным и измученным людям. И они уже благодарны. Ты видел? Ожили, весело щебечут. Вечером в лагере будет кипеть жизнь и никому не будет скучно".
"Я людей воспитываю играя с ними, чтобы они, видя свои ошибки, больше их не совершали".
"Но это порой приводит к их смерти".
"Ладно, убедил, не буду больше трогать твоих любимых людей".
"А что это ты сегодня со всеми соглашаешься?Даже как то подозрительно".
"Светик, я люблю Илону. Я её ничем не обидел и никогда не обижу. И я на всё готов. Всё признаю, во всём раскаиваюсь, готов на добрые дела. Ты только отдай мне Илонку. Простите за всё, в чём был не прав. Ну, не могу я так больше".
"Неожиданный поворот".
"Вот это да! Светик, ты был прав. Любовь творит чудеса".
"Если уж Альберта любовь может изменить".
"Ну что ж, судебное заседание можно считать закрытым. Каким будет наше решение?"
"Я думаю, всем уже и так всё понятно. Вероятно смертельного приговора не будет. Алик, я хотела тебя попросить никому не рассказывать о моём прошлом".
"Саш, ты можешь в этом не сомневаться. У меня это прошлое гораздо хуже. Всё, криминал теперь тоже в прошлом"."Неужели будешь работать?"