Ну, все, если она не появится через десять минут, он поднимется в номер, и тогда ей придется ехать в том, в чем он ее застанет. Даже если она будет в чем мать родила. Хотя… наверное, если он ее застанет в чем мать родила, они уже точно никуда не успеют. Слава криво ухмыльнулся своим мыслям, и в этот момент Катя подошла к машине и уселась на переднее сидение, прижимая ко лбу бутылку с минералкой.
- Как жарко сегодня. – Простонала она.
Слава оглядел наряд девушки – майку, шорты и кеды.
- Ты зря так вырядилась. – Резюмировал он после осмотра.
- Что опять? – Катя подняла на него усталый взгляд.
- Может, пойдешь, наденешь джинсы.
- Зачем?
- Ну, дело в том, что нам до озер на лошадях добираться – ноги сотрешь.
- На ком? На лошадях? Ты что, я ж не умею.
- Научишься, это не сложно. Ты вчера хотела жеребца?
Катины щеки вспыхнули, а Слава продолжал.
- Сегодня ты его получишь, дорогая. Ну что, переодеваться пойдешь?
- Нет. – Сердито буркнула в ответ. – Еще не хватало, чтоб мои дорогущие джинсы провоняли лошадьми.
- Как хочешь. – Слава завел машину и вырулил со стоянки.
Катя разулась, поставила ноги на панель, откинула сиденье и попыталась расслабиться. Слава, повернувшись, заметил, что ее пальчики выкрашены в какой-то яркий лак, а щиколотки очень узкие – он, наверное, двумя пальцами смог бы их охватить.
- За дорогой следи. – Послышался рядом насмешливый голос. – Чего засмотрелся?
Слава встретился глазами с взглядом девушки, в котором она даже не попыталась спрятать чувство превосходства. Ей нравилось, определенно нравилось его внимание к собственной персоне. У нее моментально просыпались царские замашки, и она начинала путать его со своим пажом. Та дрожащая девочка, которую вчера стошнило от испуга, пропала без вести, а ее место заняла уже знакомая Славе стервоза, которую он с удовольствием придушил бы, или притопил…. Кстати, там, куда они ехали у него будет такая возможность.
- Ты смотрела фильм Тарантино, «Доказательство смерти», кажется, называется.
- Не-а, я такую чушь не смотрю, а Тарантино, говорят, сумасшедший мужик.
- Ага, все, что ты понять не можешь, снимают сумасшедшие мужики, кажется, мы об этом с тобой уже общались.
- С тех пор ничего не изменилось. Так к чему вопрос?
- В этом фильме в машину с тремя девушками врезался сумасшедший маньяк на машине для каскадерских трюков.
- И…
- И вот она из девушек сидела как ты – ноги на торпеде, только одну она еще и в окно высунула. И ей оторвало… ногу. Просто вспомнилось….
- Вот умеешь ты настроение испортить. – Катя спустила ноги и сунула их в кеды.
Остаток дороги провели в тишине.
Когда спустя некоторое время Катя увидела фургон, в котором им предстояло провести два часа, девушка просто отказалась выходить из машины. Слава в прямом смысле выволок ее наружу и, закрыв дверь машины пультом сигнализации, затолкал сопротивлявшуюся девушку в фургон и устроился рядом.
- Выпусти меня, у меня клаустрофобия! Отоприте, отоприте! – Катя попыталась изобразить панику, но Слава ее проигнорировал.
- Не ври, ладно? Клаустрофобия…. И успокойся – это того стоит.
По тряской дороге Катю укачало – было невероятно душно, а Слава вытащил сигарету и закурил.
- Пожалуйста, потуши, Слава…. – Взмолилась позеленевшая девушка, зажимая ладонью рот. – Меня сейчас стошнит.
- У кого-нибудь есть пакетик? – Слава взглянул на остальных пассажиров фургона. – Нету? Дорогая, тебе не повезло.
Катя справилась с рвотными спазмами и попыталась абстрагироваться от сигаретного дыма. Тем более что остальным пассажирам он не мешал – они сидели с краю, у дверей и дым уходил в щель, правда, Слава сидел за ней, так что дымил прямо на нее. Девушка занималась тем, что вспоминала пытки испанской инквизиции, примеряя каждую на Славу. Это было забавно, она бы с удовольствием посмотрела, как он корчится в реальности, после всего, что он с ней вытворяет.
Когда машина остановилась, Катя возблагодарила Бога за то, что она все же выжила и не опозорилась. Но это были еще не все ее испытания на сегодняшний день. Через несколько минут, наскоро объяснив ей основные правила управления конем, ее подвели к здоровенному животному, которое било копытом, трясло громадной головой и как-то подозрительно на нее поглядывало.
- Вот, Катюш, как раз такой, как ты хотела, правда? – норовистый жеребец. Покажешь, как ты с ним справишься?
- Пошел ты…. А другого нет?
- Нет. Садись, давай.
Это был самый ужасный день в ее жизни. Катя с завистью поглядывала на Славу, который как заправский наездник, слегка удерживая поводья одной рукой, ловко управлялся с лошадкой, то пуская ее вскачь, то наоборот, придерживая, аккуратно натягивая удила. Катин же коняга, все время порывался галопом пуститься впереди всех, да еще и кажется, пару раз норовил запрыгнуть на какую-нибудь кобылку. Девушка в такие минуты визжала от страха – ей казалось, что конь решил ее сбросить. В общем, она устала, голова болела, солнце пекло, ветки кустарника хлестали по лицу и трепали ее прическу. А еще ощутимо натирало ноги – голени было уже больно, но пока терпимо. Что она будет делать на обратной дороге, Катя не представляла, но жаловаться точно не станет. Хватит ей Славиных подколов типа «дорогая, ты, что не знакома с позой женщина сверху? Давай, шевели тазом, что ты сидишь как деревянная». Это совсем не добавляли позитива в настроение.
Наконец, все спешились и пошли дальше пешком. Как же приятно было чувствовать под ногами твердую землю! Гораздо лучше, чем гору своенравных мышц, обтянутых темной шкуркой.
Впереди, всего в нескольких метрах их ждали Каракольские озера, и Катя уже хотела знать – стоили ли они всех ее мучений или нет.
Озер было семь. Все они находились на разной высоте друг от друга. От самого нижнего до верхнего пешком было пару часов ходьбы. Соответственно чем выше в горах было озеро, тем меньше по размеру и холоднее оно было.
Два нижних озера – шестое и седьмое находились в кедровой тайге. За ними находилась так называемая турбаза, где ребятам предложили подкрепиться по-походному. Слава не отказался, а Катя развыделывалась и заявила, что не собирается портить себе желудок неизвестно в каких условиях приготовленной едой, а уж за соблюдение санитарных норм она тем более не поручилась бы. Это же относилось и к предложению попробовать воды из озера. Девушка, фыркнув, заявила, что наслышана о том, что такое сальмонеллез и демонстративно сделала глоток из бутылки «бонаквы». Слава на ухо шепнул ей, что подобных ей противных туристов местные жители приносят в жертву местному лесному идолу и рукой указал ей на деревянную фигурку, облаченную почему-то в женский купальник.
- Вон, видишь? – Отвечая на ее недоверчивый взгляд, он кивнул на сложенную у ног фигуры старую обувь. – Все, что от них осталось. Хочешь, чтоб там лежали твои кеды?
- Да ну тебя…. Пошли дальше.
Добравшись до пятого озера, ребята вдали увидели покрытые снегом вершины гор. А третье уже располагалось среди камней – леса остались позади.
Наконец, перед ними раскинулось красивейшее второе озеро. С водой бирюзового цвета, окруженное шелковистой травой и цветами, а над всем этим нависал снежник. Снег словно сползал в озеро с горы.
Катя бродила по траве, чувствуя, как она ласкает ее стертые голени. Невдалеке шумел небольшой водопад, и девушка чувствовала себя как никогда умиротворенно.
- Кать! – Услышала она. – Иди сюда.
Девушка подошла. Слава стоял на камне, нависающем над водой, и видимо в том месте было глубоко, потому что сквозь прозрачную толщу воды не видно было дна. Она робко остановилась рядом, вцепившись в его рубашку.
- Хочешь окупнуться? – Она почувствовала, как его рука крепко обняла ее талию, подталкивая к краю.