– Я вот решил облегчить тебе задачу, – заявил он дерзко.
– Какую ещё задачу? Пошёл к чёрту со своими задачами! – ещё громче сказала я, начиная закипать внутри.
– Соблазнить меня, – проигнорировав моё недовольство и мои слова, спокойно пояснил Ворон.
У меня всё внутри заледенело. Я смотрела в его холодные синие глаза и понимала, что он совсем не шутит.
– Я не собиралась тебя соблазнять! – прорычала я, отступая от него.
– Да ладно? Сейчас, возможно, нет, но потом… Алла может быть убедительной. Мне ли не знать, – с отвращением выплюнул Ворон.
А у меня ком в горле застрял. Почему-то мне подумалось, что моя мать уже сама пыталась соблазнить Максима. И, может быть, у неё это даже получилось. Просто доказательств их связи у неё не осталось, чтобы она могла ими его шантажировать.
– Мне на библии поклясться, что я не собираюсь тебя соблазнять? – прорычала, желая испепелить его взглядом. Как же мне надоел его дрянной характер!
– Увы, детка, тебе это не поможет. Лучше давай всё по-быстрому сделаем и разойдёмся по своим делам.
Я лишь отрицательно мотнула головой. Однако ему было плевать на моё мнение. Рывок, и он оказался подле меня. Я даже пискнуть не успела, как оказалась закинутой на его плечо.
– Максим! Оставь меня в покое! – заорала я, барабаня по его спине.
Но кто бы меня слушал. И тем более выполнил моё требование.
Уже через минуту Ворон совсем не аккуратно сгрузил меня на мою постель и тут же придавил своим телом.
Я испугалась. Действительно испугалась. Его. Всей ситуации. И последствий. Я не хотела с ним заниматься сексом. И уж точно не хотела этого по принуждению. Быть может, я уже и была готова познать все прелести сексуальной жизни, но не при таких обстоятельствах. И не с Вороном.
Кажется, в моих глазах отобразился мой страх, потому что оскал Ворона стал ещё коварнее. А наглая рука легла на моё бедро.
– Отпусти, – сквозь зубы прошипела я, пытаясь побороть внутреннюю дрожь.
– И не подумаю, – промолвил он в опасной близости от моих губ.
Миг – и он сделал то, чего я опасалась больше всего на свете: и вправду меня поцеловал по-настоящему, при этом беспардонно шаря рукой по моему телу. Другой рукой он фиксировал мои руки, скрещенные над головой. Я пыталась укусить его, отпихнуть ногой или ещё что-то предпринять, но всё тщетно. Да, я всё же его укусила за нижнюю губу, но этим ещё больше завела его, раздраконила.
Я уже готова была разрыдаться. Умолить его оставить меня в покое. Но Ворон сам резко отстранился, глядя на меня высокомерным взглядом.
Он отошёл на шаг от постели. А я сразу же приняла сидячее положение, стянув на себя плед и прикрывшись им. Смотрела на этого чудовища с отвращением вперемешку со страхом и дрожала. Я даже боялась моргнуть, боясь пропустить тот момент, когда он вновь набросится на меня. Хотя и понимала, что противостоять ему не смогу. Он сильный, а меня парализовала моя беспомощность.
Самодовольно оскалившись, Ворон резким движением стянул с себя футболку и бросил её на край кровати. А у меня чуть сердце не остановилось. Верить в то, что Ворон был способен на физическое насилие, мне не хотелось. Но действительность подтверждала обратное.
Он застыл на месте, словно давал мне время полюбоваться им. Но желания это делать, у меня не было. А вот заорать во всё горло о помощи – очень даже. Жаль только, что горло будто сдавило в тисках. И я смогла лишь боязно и настороженно начать ползти назад – подальше от Ворона.
Максим оскалился. Уперев колено в матрас, он, с грацией хищного зверя, подкрался ко мне, не разрывая при этом нашего зрительного контакта.
Я, затаив дыхание, наблюдала, как Ворон нависал надо мною, как ещё надменнее становилась его улыбка, как опасный огонь заполыхал в его глазах. И в это мгновение я поняла: он не остановится, пойдёт до конца.
– Максим, остановись, – прохрипела я, с ужасом смотря, как его лицо склоняется надо мною.
– Расслабься, крошка, – зловеще муркнул он и носом уткнулся мне куда-то в шею.
Я вздрогнула, почувствовав невесомый поцелуй. Попыталась оттолкнуть его от себя. Но легче было бы отодвинуть гору, чем Ворона. Он вообще не обратил никакого внимания на мои трепыхания, продолжая покрывать мою шею маленькими жалящими поцелуями. А потом я почувствовала его наглую руку у себя на бедре. Ужас, омерзение, страх – вот что вызвала во мне его нежеланная для меня ласка. И именно это заставило меня опомниться и найти в себе силы, чтобы заорать что есть мочи. Но Ворон мне не дал этого сделать, закрыв рот поцелуем. За что вновь поплатился прикушенной губой.