Дульсинея как-то пыталась выбирать своё новое тело. Но её выбор никогда не совпадал с тем, что давалось ей свыше. Летаешь вокруг одной беременной, смотришь, как она разговаривает, с кем общается, что ест и решаешь – вот, хорошая семья будет: здоровая и добрая мама, заботливый отец. А потом бац, и твое сознание уже в трехмесячном ребенке совсем у другой мамы. Самое раннее Дульсинея себя помнила с трех лет. До этого какие-то вспышки сознания. До трех душа ещё летает, а потом уже при теле постоянно. И всё заново: игры, школа, семья, дети. Будучи не раз матерью, и даже разок отцом, Дульсинея нередко встречалась с детьми во сне. Всегда интересно посмотреть какими они стали, о чём переживают и чем занимаются.
Родительская суббота пролетает быстро, а ей еще на Востряковское кладбище – к родителям Нины. За их могилкой почти никто не ухаживает – дети разъехались, внукам не до этого. Найти её уже не просто – от главной аллеи направо до белой статуи, а потом в глубь и искать знакомый памятник.
Как у простых крестьян-колхозников могла родиться такая актриса? Дульсинея помнит, что, будучи Ниной, любила танцевать и петь с детства. Убегала в лес и разыгрывала смешные спектакли. Но в пятнадцать лет отец, напившись в очередной раз, повесился у них дома. Ближайшие друзья стали избегать общения с девочкой, «которая повесила своего отца» - в деревне всегда всё переиначат. Пришлось думать не о поступлении в высшее театральное училище, а о том, как поскорее переехать в город и начать работать. Но со своей жаждой стать актрисой, она и, работая инженером, успевала играть в любительских спектаклях. А потом поступила-таки в «Щуку» и начала служить искусству. Партнер по сцене стал ее мужем. Дети росли самостоятельными, умными, уехали устраивать судьбу на Север.
Нина работала до самой болезни. Преподавала, с радостью общалась со студентами. Своих детей и внуков видела редко. Кто мог ожидать, что она закончит жизнь из-за какого-то дурацкого фурункула? Высокая температура не сбивалась несколько дней, но ложиться в больницу Нина не хотела – кто будет кормить кота Бармалея? Лечилась сама, пока не увидела сон, что вывозят её из больницы в гробу. Стало страшно, позвонила детям и внукам. Они примчались, но было поздно – сразу после поступления в больницу Нина впала в кому, а потом у неё обнаружили сепсис. И сердце не справилось.
На могилке Нины Дульсинея заплакала – слишком много было если… Если бы она больше внимания уделяла детям, если бы поехала вовремя в больницу… Кот в итоге все равно остался с соседкой. И тем более обидно умирать в начале лета, когда вся природа вокруг оживает, ярко светит солнце, а по ночам поют соловьи.
Вылетая из тела, Дульсинея теряла объемное восприятие мира – исчезало осязание и обоняние. Оставались лишь глаза – зеркало души, да слух. Загадка, откуда у души глаза и уши, её не волновала. Она воспринимала это как должное.
Посадив цветочки, она поставила стаканчик с вином около памятника, положила конфеты и зажгла свечку. К этому сочетанию православных и языческих обрядов она привыкла давно.
Будучи дворянкой-художницей, очаровательной Серафимой, она частенько принимала участие в народных гуляниях. На Купалу ходила по лесу и искала цветок папоротника, собирала травы и делала из них обереги. На масленицу каталась на санях и мастерила огромное чучело для сжигания и потехи. В эпоху женского царствования к художницам стали относится терпимее. Серафима устраивала свои творческие вечера, а в старости ушла в монастырь Зосимова пустынь под Москвой. Там она продолжала рисовать и вышивать бисером. Всей душой она обожала основателя монастыря – старца Зосиму и часто писала его портреты. Так, в спокойствии, труде и молитвах, Серафима закончила свой земной путь и была похоронена на территории монастыря.
2. Зосимова пустынь
Дульсинея решила отправиться в монастырь в следующую субботу. Она всегда немного побаивалась поездок туда. Накануне заходила в церковь и заказывала сорокоуст о здравии себе и детям. Но все равно, то муж напивался и не мог сидеть с детьми, то на улице начинался вселенский потоп с похолоданием - и поездка откладывалась.
В монастырь Дульсинея уезжала обычно на целый день – работы для желающих потрудиться во славу божию всегда много. Главное – туда добраться. Если выехать пораньше, то можно проскочить до пробок.
В этот раз всё, вроде, складывалось хорошо. Поцеловав мужа, обещавшего вести себя прилично, и прошептав сонным детям, что приедет вечером, она пошла к машине. Под дворником торчала желтая бумажка: «Куплю вашу душу. Тел. 89266632323. Дорого». «Чушь какая-то!» - подумала Дульсинея, но на всякий случай перекрестилась, а бумажку порвала и бросила в ближайшую урну.