- Я схожу к озеру, попью, – девушка встала и шагнула к берегу. Присев на корточки, она зачерпнула немного воды ладонью и поднесла к губам. Прохладная жидкость отлично утолила жажду. Рядом со жрицей вдруг оказался Ратигор, и также отведал озёрной воды. – Спасибо за завтрак, - поблагодарила воина Ясна.
- Пустяки, - радостно отозвался он.
- Здесь так хорошо, можем как-нибудь ещё раз сюда приехать? – с надеждой спросила девушка, проводив взглядом спорхнувшую с ольховой ветки синицу.
- Конечно, - с теплотой посмотрел на жрицу Ратигор. – Хочешь, я приеду к тебе завтра, снова привезу на это озеро? – предложил Ратигор с каким-то трепетом в глазах, словно ему это было нужно многим больше, чем самой Ясне.
- Хочу, - на выдохе произнесла та. И к собственному удивлению, она не ощутила вины за то, что согласилась. Напротив, девушка почувствовала, как в её душе появилась искра света, чистого непорочного, таким бывает первый рассветный луч.
- Тогда жди меня завтра, когда встанет солнце.
Глава 9
Глава 9.
И Ясна ждала, каждый день. Уже по привычке просыпаясь на закате ночи, девушка начинала собираться, настороженно вслушиваясь в каждый шорох за окном, распознавала вскоре топот конских копыт. Теперь завтрак брала с собой жрица, приготавливая его с вечера. Прежде, не отличаясь особыми кулинарными способностями, Ясна стала искусной хозяйкой – пироги, печенья, их самые разные вкусы и начинки – всё теперь спорилось в умелых руках девушки.
И Ратигор приезжал. Каждый день, за исключением, разумеется, служебных походов, во время которых сердце жрицы сжимали оковы тоски. Ясна и молодой воин ещё не раз возвращались в тому озеру, объездили они также все ближние окрестности. Девушка и представить не могла, сколько земли принадлежит Ведолесу – огромные поля, олицетворяющие само слово «простор», бескрайние леса, глубокие и длинные реки с глинистыми и песчаными берегами – все их жрица уже выучила наизусть. С Ратигором она будто осознала истинную суть жизни человеческой, её свободу, безграничность возможностей. Точно воздух в мире стал чище, и вдыхать его стало легче. Ясна теперь с нетерпением ждала наступления нового дня, прося богов, чтобы тьма ночи исчезала скорее.
Так прошло лето, началась осень. Листья на деревьях неизбежно желтели и опадали, трава жухла и коричневела, красные яблоки с каждым днём становились всё спелее. Близился Авсень – праздник второго урожая, день когда солнце и луна перестают соперничать друг с другом, ведь времени будет поровну отведено обоим светилам. Наступало время равновесия – чертог Вепря, в права свои вступал верховый судья всего сущего, Небесный судья – бог Рахмат. Скоро запылают возле каждого дома костры, и разнесется запах жжённой ботвы по всему поселению. Завтра наступал день осеннего равноденствия.
Накануне него, ранним утром сразу после рассвета, Ясна и Ратигор сидели подле дикой равнины, где полевые цветы увядали и золотили холодеющую землю. За спинами их раскинулась вековая дубрава. Могущие деревья, вознесся свои крючковатые ветви к небесам, осыпали всё вокруг спелыми желудями. Воин и жрица обсуждали приготовления ведолесцев к Авсеню.
- Сестра твоя Лада, целый вечер вчера пекла тыквенные пироги, Люб всем жалуется, что видеть их больше не может! – смеялся молодой человек.
В этом году урожай тыкв был обширным, все хозяйки последние несколько недель готовили блюда только из них. Их домочадцам уже опостылел вкус рыжей королевы осени.
- Да, а ведь в детстве она терпеть не могла готовку, - предалась забавным воспоминаниям Ясна. Она вспомнила хмурое лицо сестры, когда мать поручала дочерям сварить кашу на обед. А теперь Лада уж месяц как вышла замуж. И, отдать должное, хозяйкой она стала прекрасной.
Девушка гордилась сестрой, ведь та уже начала строить свою семью. Только вот, сердце жрицы снова болезненно сжалось от чувства, посетившее её тогда в Ночь Купалы.
- О чём задумалась? – спросил Ратигор, из его внимания не ускользнула перемена настроения собеседницы.
- Да так, - вздохнула Ясна. – Вспомнился вдруг наш с тобой разговор тогда, в день летнего солнцестояния.
- О запрете вам, жрецам любить? – сразу же догадался воин.
- Да, - кивнула девушка. – Может ты прав, всё это выдумка завистливых людей, а не богов?
- Я в этом уверен. Сама посуди, Ясна. Противники найдутся любой силе, и благой. Не по душе был кому-то ваш дар уникальный, отличавший жрецов от обычных людей, делая их значимее. И сила ваша от любви только крепла. Ведь в этом чувстве собрана энергия, несоизмеримая с возможностями человека. Оно и обычных людей делает сильнее, а уж кого-то, обладающего сверхъестественными способностями и подавно. Вот и придумали этот глупый запрет. Чтобы ослабить жрецов. Каким бы могуществом вы не обладали, вы одиноки. Вам не с кем разделить переживания и боль, не у кого попросить поддержки. И сердца у вас холодеют со временем, ведь не бьются они в такт с другими сердцами, не согреваются живым пламенем любви.