«Печать Морены!»
Не ошиблась Ясна, смерть нависла над её возлюбленным. Слилась с его тенью и следовала теперь за ним по пятам.
- Нет, я не пущу тебя, - тихий шелест слов девушки затерялся в содрогающем всё её тело плаче.
- Всё будет хорошо, Ясна. Я к тебе вернусь, обязательно, - пытался убедить её Ратигор, только вот тревога, звучащая в его голосе выдавала, что сам он в свои слова слабо верил. – Если же нет, - молодой человек отстранился от жрицы, заглянул в её глаза. – Мы встретимся потом, в каком-нибудь из миров. Ведь должна же существовать реальность, где мы с тобой можем быть вместе и ничто не будет способно нам помешать? Как думаешь? – спросил воин с какой-то по-детски наивной надеждой.
- Да, должна. Иначе миры слишком жестоки, - Ясна опустила взгляд, нашла руку молодого человека и сжала его пальцы. – Знаешь, Ратигор, я ни о чём не жалею. О том, что было между нами, - когда девушка произнесла это, в глазах воина она увидела счастье, чистое, безвозмездное. – Пусть и нашей истории суждено закончится так скоро, так трагично. Ведь ты прекрасно знаешь, что не вернёшься, оттого и пришёл, - в подтверждение слов жрицы, Ратигор крепче сжал её руку. – Так вот, несмотря на всё это, я очень рада, что эта история с нами произошла. Что ты подошёл ко мне в тот купальский вечер, вкус подаренной тобой земляники останется в моей памяти навсегда, как и чувство свободы, которое я испытала, когда надела венок. Я рада, что ты дал мне возможность ощутить любовь, понять всё её суть, почувствовать её силу. Я и не надеялась на это, думала, что просто не имею право. Но ты доказал мне, что каждый человек должен иметь шанс на счастье. Я люблю тебя, Ратигор, и буду любить, столько сколько буду себя помнить. Жаль, только, что у нас с тобой было так мало времени.
Ясна припала к губам воина, пытаясь выразить в этом поцелуе всё то недосказанное, всё непрочувствованное, всё, что могло бы ждать их в будущем, но что, увы, не ждало.
- Как бы я хотел, чтобы всё сложилось иначе, моя милая Ясна, – прошептал Ратигор, прижавшись к её лбу своим. – Как бы хотел убеждать тебя сейчас в том, что смерть минует меня. Но ты распознаешь мою ложь, ведь тебе открыты все тайны истины. Поэтому просто скажу – если бы не ты, жизнь моя была бы пустой, как земля без всех растений и воды, как небеса без солнца, луны и звёзд. Я бы не жил, а существовал, оттого я безмерно счастлив, что мы встретились. И снова встретимся, я обещаю тебе. Просто верь, верь в это так сильно, как буду верить я.
Жрица кивнула и улыбнулась, превозмогая нестерпимую боль кровоточащего сердца и израненной души. Боль, от которой хотелось кричать, громко до потери голоса и сознания. Лишь бы она ушла куда-то.
- Я бы умоляла тебя остаться сегодня со мной, но ты должен вернуться к семье. К сыну.
- Да, - кинул молодой человек.
Подойдя к двери, он обернулся.
- До встречи, Ясна. До встречи когда-нибудь.
Силуэт Ратигора поглотила тьма ночи, а месяц осветил ему путь.
Глава 13
Глава 13.
Прошло несколько дней. На огородах зрели рыжие, как закатное солнце, тыквы, деревья гнулись под тяжестью поспевающих багряных яблок. Над опустевшими от зерна полями днём летали грачи, а ночью кружили совы, настигая выползающих из норок грызунов. Земля остывала, ветер становился всё порывистее и холоднее.
Эти несколько дней были самыми долгими в жизни Ясны. Она считала каждый час, каждую минуту. Почти не спала, всё смотрела в окно, вслушиваясь в каждый шорох и звук. Она знала, что когда вернётся отряд, всё станет хуже, знала, что за страшные вести принесут они. Однако этот краткий промежуток времени, пронизанный ожиданием, когда мир вокруг раздражает неподвижностью и равнодушием, становился палачом, тянущим со смертельным приговором. Неопределённость была сродни пыткам, мучила, душила, отравляла. Точно каждую секунду ты вдыхаешь воздух, пропитанный ядом, отчего твоё сознание медленно покидает тебя, оставляя лишь туман безумия. Любая истина тогда становилась спасением.
И вот настал роковой день, что изменил всё, перевернул мир Ясны с ног на голову. В ту ночь, во сне жрицу посетила Всеока. В глазах бывшей наставницы не было осуждения, лишь понимание и печаль. Всеока вымолвила только:
- Сегодня.
И покинула сновидение преемницы.
Девушка проснулась на рассвете. Тишину утра разрушил приближающийся топот копыт. Как барабанщики они отбивали некий ритм. Создавали музыку, точно служили кульминацией какого-то рассказа, драматического рассказа.
«Ратигор».
Ясна собралась так быстро, как могла, взяла жреческий посох и вышла. Тихо, будто крадучись, жрица ступала но жестеющей заревской траве. Небосклон был безоблачен, солнце одиноко поднималось над лесными вершинами. Ни дуновенья ветерка. Всё вокруг замерло, как и сердце девушки, когда она подошла к толпе, собравшейся у дома Ратигора.