- Нет! – истошный крик пронзил пространство натянутой на тетиву стрелой.
Высокая, статная женщина, на чьих плечах покоились две белокурые косы, упала к бездыханному телу славного воина Ратигора. Он лежал, запрокинув голову к небесам, точно хотел полюбоваться звездами в ночи, только глаза молодого человека отливали стеклянным блеском, в них больше не отражалась жизнь. Огромное копьё торчало из тела воина, его рана располагалась немного ниже сердца. Именно там, где Ясна увидела печать Морены.
Жрица стола в стороне, не смея подойти ближе к Ратигору, ведь никакого права на это она не имела. В отличие от Елены, проливающей сейчас слёзы на святую землю подле мужа.
«Сегодня», - Ясне вдруг вспомнился сон, а вместе с тем, мысли её вернулись к давнему пророчеству умирающей Всеоки, о котором она и думать забыла.
«…встретишь ты преграду на пути своём. Один человек помешает тебе и попытается свести с дороги судьбы. Удастся ему это или нет, решать тебе. Да только смерть узришь ты в тот час, когда выбор сделаешь…»
«Не удалось», - осознание предначертанного и случившегося отозвалось шумом в голове и звоном в ушах. В глазах девушки потемнело, мир закружился вокруг. Мимо проносились воспоминания – их первая встреча, прогулки, поцелуй, расставание, снова встреча любовь, разговор, прощание, смерть Ратигора.
«Всё это лишь пророчество. А наша история, будто прописанный кем-то сценарий», - чувство обманутости и никчёмности завладело Ясной. Всё показалось таким нелепым и смешным. Точно кто-то играл их судьбами, как деревянными лошадками.
- Ратигор, - едва слышно выдохнула жрица, и сознание её отключилось.
***
Ясна не знала, сколько пробыла в небытии, проснулась девушка у себя дома.
- Ясна, - к её кровати подскочила Лада, заметив, что сестра очнулась. – Как ты? Все так перепугались, когда ты упала в обморок! – причитала девушка, помогая жрице сесть.
Ясна пребывала в странном состоянии, точно подсознание упрямо отвергало реальность.
- Приготовить какой-нибудь отвар? Ты только скажи, что взять? – суетилась Лада, пытаясь распознать содержимое баночек в кладовой сестры.
- Где Ратигор? – севшим от горя голосом спросила жрица.
- Ратигор? – удивлённо переспросила девушка. – Ты пролежала здесь три дня, сейчас пятница, день Макоши[1]. Ратигора готовят к краде[2]. Проводить его и старейшина может, если ты…
[1] Макошь – богиня судьбы, её праздником считался день пятницы, он же считался лучшим для прощания с умершими.
[2] Крада – славянский обряд отправления умершего в последний путь.
- Нет, - отрезала Ясна. – Это сделаю я.
***
Крада прошла быстро. Обряд всегда проводили до заката, считалось, что солнечные лучи укажут душе умершего путь к предкам. Наскоро сложили костёр, выкладываемый в виде большого прямоугольника, с высокими бортами. Внутрь него клали все вещи, который покойный хотел бы взять с собой.
Находясь, будто в трансе, Ясна провела обряд – прочла погребальную молитву, подожгла костёр.
Когда вспыхнуло пламя, девушке внезапно вспомнились давние слова, Ратигора:
«…Но знаешь, думаю за любовь не страшно умереть, ведь только ради неё и стоит жить….»
Из глаз жрицы потекли обжигающие кожу, слёзы.
«Я не хотела, чтобы ты умирал! Даже ради нашей любви».
Сердце Ясны запульсировало болью с новой силой. Хотелось вырвать его, лишь бы не ощущать всего того, что сейчас чувствовала девушка.
«Как бы я хотела вернуться назад, в тот день, когда Ратигор предложил бежать из Ведолеса. Почему я не согласилась? Какой долг может быть соизмерим со счастьем человеческим, кое и без того слишком мимолётно и хрупко? Если бы я только знала, как всё обернётся…я всё бы бросила ради него, и неважно, что сталось бы со всем. Сама бы отдала жизнь, чтобы всё вернуть….Почему же поистине ценить мы способны лишь безвозвратно ушедшее?»
Ясна смотрела, как огонь быстро поглощает тело молодого человека. Удивительно, как этой буйной, неистовой стихии было безразлично всё, чего касалось её пламя. Будь то щепка, полено, целое дерево, или покойный – огонь всё превращал в пепел. Вот и сейчас, прошло несколько минут, и от славного воина остался лишь прах – пыль, что когда-то была плотью, служащей вместилищем для вечной души. Удивительно, сколь быстротечно и конечно человеческое существование, всему рано или поздно придёт конец, и тогда, не имеет значение, каким было начало, ведь в памяти бытия остаются лишь долгие мгновения между двумя этими отрезками времени. Мгновения, наполненные ярким, осязаемым течением жизни, эмоциями, чувствами, событиями. Ведь совсем не важно, что ждёт нас после, как всё сложится потом что-то, так мало зависящее от нас. Истинный смысл имеет лишь происходящее сейчас, в данный момент, когда из нестойкой эфемерной субстанции пространства мы, как из глины, вылепляем свою жизнь, создаём образы, приводим их в движение, чтобы заполнить чем-то пустоту мира, который будет потом существовать и без нас. Но сейчас имея возможность влияния на всё окружающее, мы используем силу, данную нам. Меняем направления, выстраиваем траекторию, придумываем план, которому так искренне стараемся следовать. Но получается всегда как-то не так, происходит что-то, незапланированное нами. И это пугает, злит, раздражает, порождает вопросы, на которые нам никто и никогда не ответит. Ведь Жизнь имеет свою сущность, обладает силой, неведомой нам. И так уж суждено мирами, что тенью её всегда будет Смерть.