- Ты очень поздно явился, внучок, или наоборот, рано, и, кажется, не один? Кто у тебя в комнате?
- Никого. Я просто думал, что Вы еще спите, поэтому на цыпочках хотел пройти к себе в студию.
- Ах, ты думал! Ты знаешь, что я всегда волнуюсь и не сплю, пока ты не вернешься? Разве можно так рисковать моим здоровьем? На улице полно всяких… нехороших людей ходит, а ты один, без охраны, ушел к друзьям! Совсем не бережешь мои нервы, зайчонок, – голос старушки смягчился, она покачала головой и улыбнулась, глядя, как я стушевалась под ее строгим взглядом. – Ну-ну, полно обижаться! Подойди ко мне ближе.
Я подошла к женщине вплотную и опустилась перед ней на корточки, не отводя взгляда от ее лучистых глаз. На сердце от их пронзительной доброты стало моментально тепло и уютно, захотелось прижаться к ногам и положить голову на ее колени, что я тут же и сделала.
- Хёк-и, мальчик мой, ты такой большой, настоящий мужчина! А все равно для своей бабушки малышом остаешься, вот я и волнуюсь за тебя. Не устал еще от своей сумасшедшей популярности, а? - она начала ласково гладить мою голову. - Как там Минджун с Юнхо поживают? И остальные ребята? Кстати, а почему ты без услады моих глаз нынче приехал?
- Это Вы о ком? – я подняла на бабулю удивленные глаза.
- Хёк-и, хитрец, притворяешься, что не знаешь, кто из твоих хёнов мой любимчик? Я же о Тэхёне говорю.
- А я-то свято верил, что являюсь единственной усладой Ваших глаз!
- Само собой, зайчонок! – Бабушка с нежностью прикоснулась прохладной ладонью к моей щеке. - У него все хорошо? Этот несносный мальчишка вечно меня своими байками-страшилками пугает. Прошлый раз по секрету рассказывал про какую-то девицу из параллельного мира, говорит, влюбился в нее, а она от него сбежала. Вот ведь, сказочник! Тэхён-и все по бабушке своей скучает, говорит, она ему иногда снится. Бедный парень! Он все еще расстраивается, что попрощаться с ней не успел из-за ваших концертов…
- Все хорошо, хальмони, не волнуйтесь, все здоровы. И у Тэхёна все в порядке. Он Вам велел кланяться.
- Ой, складно врешь. Когда это у вас было без приключений? …Надо с балкона уйти, что-то голова кружится с утра…
Я тут же просканировала ее состояние. У бабули, наверно на нервной почве, подскочило давление.
- Давайте, я помогу переместиться в комнату?
- Да-да, сейчас я…
Пока женщина, прикрыв глаза рукой, молча, сидела без движения, я сняла приступ гипертонии и головную боль с тошнотой. Организм в силу возраста был изношен, но все же бабушка держалась молодцом. В ее-то годы у других было гораздо больше проблем со здоровьем!
- Надо же, как будто отпустило? Даже видеть лучше стала! Что за чудеса такие? Видно, твое присутствие, внучок, положительно на меня влияет. Ты бы почаще ко мне приезжал, – женщина, хитро прищурившись, улыбнулась своей теплой обезоруживающей улыбкой.
- Я бы с удовольствием приезжал чаще, но Вы же знаете наш забитый на год вперед график! – я снова прижалась к бабушке, исцеляя поврежденные сосуды в шее и голове. – У Вас все будет хорошо, поверьте мне. Я Вас очень люблю!
- Ох, что-то ты разошелся сегодня. Давненько в любви мне не признавался, небось, натворил что?
- Ну вот. Я же от всего сердца! Хочу, чтобы Вы знали, какая Вы у меня классная и замечательная. Самая лучшая хальмони на свете.
- Ну-ну, подлиза, иди, завтракай… Или опять на своей диете сидишь? Такой худой, жуть прямо! Одни ребра торчат. Тебя твое Агентство совсем голодом уморить хочет?
- Зато, смотрите какой у меня пресс! Все девчонки с ума по нему сходят, – я чуть приподняла край худи, демонстрируя свои красивые рельефные кубики.
- Хвастун. А в обмороки на концертах давно ли перестал падать?
- Да все со мной нормально, не волнуйтесь. Я пойду, перекушу чего-нибудь, а Вы тут еще посидите. Как, голова не болит больше?
- Все хорошо, иди уже. И не кусочничай - поешь, как следует, я проверю! – бабуля смачно поцеловала меня в щеку и хлопнула по заду, подталкивая к распахнутым балконным дверям.
Только до завтрака я так и не дошла. Зайдя внутрь кабинета, тихо прикрыв за собой дверь, по совету хозяина я заперла ее изнутри. Натянула под худи футболку, болтавшуюся за резинкой штанов, включила комп, и пока он загружался, стала разглядывать фотографии и картины, развешенные на стене, которые в первый приход сюда привлекли мое внимание.
На нескольких из них красовался разновозрастный милашка Хёк-и: совсем маленький, школьник, пафосно с родителями в фотостудии, в спортзале и на природе с мальчишками-приятелями. Но в основном все же здесь были фото ребят из HBM, сделанные в разное время, видимо, где-то на концертах у себя дома, в Корее, и на зарубежных гастролях. Кое-где рядом с Чонхёком сладко улыбались персонажи европейской внешности и даже темнокожие.
Мне было интересно вглядываться в кусочки чужой жизни, вылавливая на снимках искренние и не очень эмоции запечатленных на них людей. Выше других висел крупный акварельный рисунок Тэхёна и Чонхёка в обнимку, выполненный очень реалистично. Настолько, что я тут же потянулась рукой, чтобы снять и поближе его рассмотреть. Моя попытка окончилась тем, что я неудачно подвернув ногу, на секунду оступилась, потеряла равновесие и, навалившись на стену, …провалилась в нее плечом!
Как там мой подселенец говорит, ёсь-куйдень, кажется?! Я осторожно попыталась заглянуть в образовавшийся портал, опасаясь сдуру, как это за мной водится, шагать в неизвестное пространство. Однако к моему удивлению проход представлял собой нечто наподобие узкого лаза, в который своими габаритами в теле Тэо я не входила. Естественно, узнать толком ничего не удалось. А это уже становилось крайне интересным!
- Вот-вот, Чонхёк-и, толку-то, что ты вечно сидишь на диетах! Твои накаченные плечи и задница не пускают меня никуд-да-а…
Став быстренько собой, я попробовала боком пролезть в образовавшуюся щель. С первого раза не вышло, никак не получалось просунуть голову, так что зря я обидела чёнхекову задницу. В конце концов, кое-как протиснувшись в проем, изгибаясь при этом, словно червяк на жаровне, я оказалась в тесном замкнутом пространстве, наполненном не то сажей, не то пылью, от которой моментально начала кашлять и задыхаться.
Все это было похоже на внутренность какого-то небольшого пыльного ящика или шкафа. Стена позади меня, из которой я мгновение назад вылезла, обрела первозданную целостность без какого-либо намека на то, что там только что был портал! И… Куда же меня опять забросило?
Я уперлась руками в шершавый, неприятно холодящий ладони, металл перед собой, логично предположив, что только эта сторона может быть выходом. С грохотом вываливаясь наружу и подняв вокруг себя целую тучу пыли, мне едва удалось не пропахать позорно носом землю и удержаться на ногах. То, из чего я выбралась, было распределительным щитом для электрических кабелей, находящимся в ремонте. Видимо, рабочие убрав из него провода, оставили дверцу незапертой, поэтому, прилагая несоразмерные усилия, я из него просто выпала, а грязь и пыль, скопившиеся внутри за долгое время эксплуатации, вместе со мной покинули это не слишком благословенное место.
О-оо! Вот это да! Я стояла, чумазая, как живущий в угольной куче пещерный наг, почти в самом центре огромного моста, соединяющего два берега широченной водной глади, напоминающей морской залив. Вдали виднелись портовые краны и пришвартованные грузовые суда, а перед глазами ревел моторами и шелестел шинами нескончаемый транспортный поток. По обеим сторонам изящной бетонной конструкции моста рассыпался разнокалиберными высотками непонятный город. Чтобы определить, где нахожусь, я начала искать на щитке какие-нибудь надписи. Хвала Сущему, кажется, иероглифы корейские!
В забитом пылью носу начало свербить, и, инстинктивно зажмурив глаза, я от всей души смачно чихнула, развернувшись лицом к пролетающим мимо машинам. Изрядно потерзав пальцами слезящиеся от пыли глаза, обнаруживаю на противоположной стороне автострады занимательную картинку – ни на кого не обращающую внимания, неуклюже перелезающую через перила девицу. Я даже еще подумать не успела, как она сиганула с моста вниз головой!!! Вот, угровы хабы!!! Да что ж мне нынче так на самоубийц-то везет?!