Говорят, что в этом городе чувства обостряются, а воздух пропитан волшебством и неоновым свечением.
Но у кого-то свыше, на меня были другие планы.
Смотрю на нее и понимаю. Дрянь! Такая же дрянь, какой была в ту ночь, когда моя жизнь разделилась на "до" и "после".
Но для меня нет никого дороже. Я буду приходить к ней. Но только тогда, когда взойдёт луна…
Послышался какой-то тихий плач. Я обернулся в поисках источника странного звука, но Иви уже бежала по воде в сторону огромного валуна. Она погружалась в воду все глубже. Я бросился за ней и замер. Она плыла к огромному камню, потому что там сидел маленький грязный беспородный щенок. Стащив шерстяной комок с маленького утеса, она прижала его к груди и поплыла к берегу.
Нет. Она не дрянь. Промокшая до нитки, она кутала щенка в какой-то кусок ткани, что достала из багажника.
Лицо девушки выглядело испуганным и бледным.
— Кевин, скажи. Как так можно? — всхлипнула Долорес. Он не мог сам забраться так далеко. Его выбросили в океан в надежде, что он умрет. Он такой же, как я. Никому не нужен.
— Это не так, — улыбнулся, поправляя ее волосы. — Он нужен тебе.
— Но я не могу взять его. Он грязный.
— Иви, это всего лишь грязь, что легко смывается водой. Гораздо сложнее смыть копоть с души.
Взглянув на щенка, девушка улыбнулась.
— Ну что, приятель. Поедем ко мне?
Я взял щенка в руки и засмеялся.
— Это девочка!
— Я назову её Тиффани, — ответила девушка, прижимая к груди собаку.
Небо окрасилось в розовый цвет. Я посмотрел на свои руки, которые становились прозрачными.
— Мне пора, Иви. Увидимся завтра, — тихо прошептал, неохотно отстраняясь. — Езжай домой и будь осторожна за рулем. Мне жаль, что не могу поехать с тобой.
— До завтра, Кевин, — тихий шепот сорвался с пухлых губ.
Я видел, как она заплакала и, уложив щенка на пассажирское сидение, медленно двинулась по пустому шоссе. Сзади снова послышался голос.
— А она не безнадежна, Кевин. Спасение щенка – благородный поступок, — послышался голос Жнеца. — Один - ноль в твою пользу.
— Лу, я не хочу умирать…
— Ничем не могу помочь, — фыркнула рыжая и исчезла.
Глава 10
Глава 10
Утро. Каждый раз мне становится все больнее встречать рассветы. Раньше мне нравилось наблюдать за тем, как солнце медленно поднимается откуда-то из-за манящего горизонта.
В детстве я мечтала взять походный рюкзак и отправится туда, где солнце, показав первые несмелые лучи, открывает свои огромные глаза, чтобы озарить их светом сумеречный мир. Я даже рассказала об этом Джоан. Но няня объяснила мне, что горизонт – это место, где небосклон соприкасается с землей или поверхностью воды. Горизонтом называют все, что видно вокруг. Но на самом деле это лишь иллюзия. И сколько бы человек не пытался достигнуть границ горизонта, у него ничего не выйдет.
Вымыв Тиффани душистым мылом, я вытерла ее насухо и уложила на пустую подушку. Раньше мне безумно нравилась моя огромная кровать. Раскинув руки на простынях, я закрывала глаза и наслаждалась нежным прикосновением дорогого шелка к своей обнаженной коже.
Сейчас мне было грустно от осознания того, что мне не с кем разделить ее. Хотелось прижиматься к мускулистой груди. И чувствовать, как сильные красивые мужские руки сжимают грудь и бедра. От этих мыслей стало жарко. Потом холодно. Я все-таки заболела. Укутавшись теплым одеялом, я тихо позвала Джоан.
Эта женщина иногда пугала меня. Спальня няни находилась в другой части правого крыла, но она услышала мой голос.
— Детка, что с тобой? Уж не заболела ли? — теплая ладонь коснулась моего лба покрытого испариной. — Ох, Иви. Ну вот. Где тебя носило ночью?
Из-под одеяла выглянула мордашка Тиффани.
— Джоан, я нашла собаку, — задыхаясь, прохрипела. — Я сама поговорю с отцом, чтобы позволил оставить её.
Дверь распахнулась, и в комнату вошел папа. Сев рядом со мной, он так же, как Джоан, коснулся моего лба и недовольно поморщился. Няня покраснела и вышла из моей спальни.
Малышка Тиффани решила заявить о себе и, весело виляя хвостиком, запрыгнула на руки отцу.