— Без меня.
Упав на кровать, я накрыла лицо подушкой и завыла. Безысходность и беспомощность. Самые отвратительные человеческие ощущения.
— Ты побудешь со мной сегодня?
— Я буду рядом, пока светит луна, — ответил парень, сжимая мою ладонь. — Спи, Иви. Набирайся сил. Нам нужно многое успеть с тобой. А времени остается все меньше и меньше.
Он лег рядом и нежно обнял меня. Я положила голову ему на грудь. Пальцы Кевина перебирали мои волосы.
— О чем ты мечтал, тогда? Когда еще жил.
— О Париже.
— Мы обязательно туда слетаем.
— Конечно, — усмехнулся Кевин, целуя меня в висок. — А ты? Чего хочешь ты?
— Быть с тобой. Всегда. Я хочу проснуться утром и наблюдать, как дрожат во сне твои ресницы. Как вздымается грудь. Я хочу готовить тебе завтрак и целовать перед сном. Хочу гулять с тобой за руку по улице, чтобы весь мир мне завидовал.
— И все?
— Нет. На самом деле, я хочу, чтобы ты жил. Даже, если ты не вспомнишь меня. Не узнаешь. Просто живи, пожалуйста.
Глаза закрылись, но сквозь сон я чувствовала, как сильные руки осторожно скользят по моей спине. Я чувствовала, как проходит жар. Он отдал мне часть собственных сил, избавляя от простуды.
В окно ярко светило солнце. Я зажмурилась и потянулась. Неужели это был всего лишь сон? Но подушка хранила его тепло. Я чувствовала его запах. Прикоснувшись к губам, стыдливо опустила глаза, вспоминая неловкий, но настойчивый поцелуй. Кевин менял меня.
Под одеялом что-то шевельнулось. Заглянув, я увидела Тиффани. Малышка проснулась и, весело виляя хвостиком, спрыгнула с кровати.
— Ну что, Тиффани Митчелл? Ты готова отправиться на первую прогулку? — засмеялась я и увидела маленькую лужу на дорогом ковре. — Ну, и как быть? Тебе должно быть стыдно, Тиффани. Это делают на улице.
Надев спортивный костюм, я взяла на руки щенка и вышла в парк.