— Если завтра ты проснёшься с черной щетиной на милом личике, то твоя теория о вервольфах подтвердилась, — рассмеялся парень и провел подушечкой большого пальца по моей нижней губе. — Мне пора, Иви.
— Я еще увижу тебя? — отчаянно крикнула, хватая его за руку.
— А ты хочешь увидеть меня снова? — вкрадчивый шепот вызвал жгучее желание.
— Хочу…
— Зачем? — снова прошептал парень, касаясь языком мочки моего уха.
— Не знаю. Просто ты кажешься одиноким, — задыхаясь, прикрыла глаза и тяжело сглотнула.
Парень резко остановился. Мышцы на спине напряглись. Я услышала странное мистическое потрескивание, что буквально искрилось в воздухе разноцветными огнями, словно разряд электрического тока.
— Я не одинок. И не нуждаюсь в таких друзьях, как ты, — процедил сквозь стиснутые зубы, словно боролся с болью.
— Ты даже не знаешь меня, — обиженно надула губы, опуская глаза.
— Я знаю о тебе достаточно, чтобы ненавидеть.
Последнее слово он выплюнул с какой-то обидой. Глаза наполнились слезами. Я снова окликнула его и протянула ему зажигалку.
— Возьми. Ты забыл.
— Оставь её себе, Иви. Мне она больше не понадобиться, — он с насмешкой посмотрел на мое лицо и приподнял брови. — Ты плачешь? Да ладно! Долорес Митчелл умеет плакать?
Я прикрыла глаза, глотая свежий воздух, а когда открыла, Кевина уже не было. Опустив голову, я поплелась домой, сжимая в руках зажигалку.
У подъездной аллеи заметила свой автомобиль и Дэвида. Парень выглядел сексуально в белом спортивном костюме, но желания заняться любовью не вызывал.
— Привет, малышка. Ты чего по ночам гуляешь? — рука парня коснулась щеки.
— Можно подумать, что это впервые, — пробормотала, делая шаг в сторону.
— Пригласишь? — улыбнулся Дэвид, складывая руки на мускулистой груди.
— Не сегодня, Дэвид. Вечер был долгим и тяжёлым, — устало ответила и придавила пальцами гудящие виски. — Мы много выпили. Утром рано вставать.
— Когда тебя это останавливало? — заржал парень и схватил меня за руку.
— Ты тупой? — вырвала руку и взглянула в карие глаза брюнета. — Я ясно дала тебе понять, что не расположена на двухминутный секс.
— А вот это обидно, Иви, — прошипел Дэвид, сжимая кулаки.
— Зато, честно, — засмеялась ему в лицо. — Ключи отдай и испарись.
Парень бросил ключи на пол и, быстрым шагом, пошёл по мокрому тротуару в сторону ночных клубов.
— Запомни эту ночь, Иви, — крикнул обиженный однокурсник. — Ты очень сильно пожалеешь о том, что сейчас сказала. Попомни мои слова.
— Пошёл на хрен! — крикнула я вслед уходящему парню и, подняв ключи, вошла в дом.
Но на этом веселая ночь не закончилась. Саманта до сих пор была в моей комнате. Более того, она рылась в моих вещах.
— Сэм, а воровать не хорошо! — злобно сверкая глазами, почти шипела я, заметив в руках девчонки свой кошелёк.
— Я не ворую. Просто хотела взять пару сотен, — ответила нахалка, словно это обычное дело.
— Мать перестала давать тебе деньги на обеды? — прищурилась и сделала шаг вперед.
Я надвигалась на девушку, зажимая её в угол. Когда ей некуда было бежать, вцепилась в копну черных волос и хорошенько дернула. Та в долгу не осталась и, махнув рукой, расцарапала мне левую часть лица. Кровь забурлила в каждой крохотной артерии. Я повалила Саманту на ковер и била ее кулаками по лицу.
На крик дочери прибежала Даниэла. И, схватив меня за волосы, ударила о стену. Через минуту на пороге появился отец. Гневно смерив сердитым взглядом всех троих, попросил Даниэлу и Саманту покинуть мою спальню.
Я села на кровать, стирая кровь с разбитой губы, и ожидала гневной тирады. Но к моему удивлению, отец сел рядом и, достав из нагрудного кармана носовой платок, вытер кровь, что сочилась из царапин, которые оставила паскудная брюнетка.
— Чего подрались-то? — тихим голосом спросил отец.
— Она стащила мой кошелёк, — пожала плечами прежде, чем заорать, — Папа, я не хочу возить ее в университет! Не хочу, чтобы она заходила в мою комнату в любой момент, когда ей этого хочется!
— Понимаю. Завтра же найму для неё водителя, — устало ответил отец и скривил лицо.