Три секунды Нивес потратила не впустую. Уровень заряда опасно помигивал, и она не стала рисковать понапрасну. Нажала на курок и – бросила.
Но взрыва не последовало.
Конец второго события.
========== Интерлюдия ==========
Интерлюдия
Вы говорите – Судьба?
Слово какое странное…
Смутно знакомое, рваное.
Ах, погодите. Это же я.
Расстегнув ворот рубашки и сняв шейный платок, он судорожно выдохнул и прикрыл глаза. Солнце пробивалось сквозь плетёную крышу беседки, ласково согревало, но при этом не слепило – парень был счастлив, что нашёл подобное место в саду, пока родители договаривались о его скорой помолвке. Сам он не думал, что готов к такому серьёзному шагу, как женитьба – всего шестнадцать лет, не успел даже военное училище окончить! – но спорить с матушкой было себе дороже. Зачем его вообще взяли? Познакомиться с невестой?
– Я вам не помешаю? – тонкий девчачий голосок выдернул его из приятной дремоты. – Вы не подвинетесь?
Нортон резко сел и непонимающе захлопал глазами, разглядывая девчонку лет десяти перед собой. Одета она была подобающе дочке какой-нибудь прачки или судомойки, однако держалась прямо и не забито, а в серо-стальных холодных глазах явственно отражался приказ, никак не просьба. На прижатом к груди переднике парень с ужасом заметил пятна алой крови.
– Не думаю, – смущённо кашлянул он, отодвигаясь в дальний угол, и поспешно надел пиджак, который до этого использовал вместо подушки. – Вам нужна помощь? Мне позвать кого-нибудь?
На всякий случай он решил разговаривать с незнакомкой вежливо, тем более, что рядом никого не было. Нортон не любил вести себя со слугами высокомерно, как того требовала мать – она всё время повторяла, что только так можно сохранить разницу положений, иначе «низший» класс потеряет всякий стыд и не будет выполнять обязанности надлежащим образом.
– Нет, – коротко ответила девочка, аккуратно перекладывая на мраморный столик ношу, скрытую до этого запачканным передником.
Встретившись с покрытыми тонкой поволокой безумными глазами серой кошки, Нортон вздрогнул и невольно вжался в угол. Пусть он и должен был стать военным, кровь парень видел впервые в жизни, а уж открытый перелом, пусть и у животного, тем более. Под передником оказалась небольшая сумка с медицинскими принадлежностями – такими их учили пользоваться в училище. Девочка, судя по всему, умела оказывать первую помощь не хуже санитаров, ни на секунду не задумываясь о своём следующем действии.
– Вы часто это делаете? – непонятно зачем спросил Нортон.
Девочка отвлеклась и, уколов палец иглой, тихо зашипела. Ледяной взгляд заставил парня крепко стиснуть зубы. Ей не хотелось, чтобы её отвлекали – тут и понимать нечего. Иначе зачем ещё она забралась вглубь сада. Её ругают за подобное?
– Папа не разрешает, – поджала губы она, успокаивающе гладя кошку. – Он согласился отправить меня школу благородных девиц, чтобы я смогла научиться сестринскому делу, но в Университет не отпустит. А теперь хотят замуж выдать. Говорит, что я последняя надежда вернуть семье былое величие. Но я уже решила, что сбегу, чего бы мне это не стоило, потому что моим мужем станет либо толстый дядюшка Привс или лорд Генрайт, а у него нос крючком и волосы в ушах. И он старый!
Невольно улыбнувшись, Нортон подсел ближе, борясь со странным желанием коснуться её чёрных вьющихся волос. Забавная девчонка. Оказывается, никакая не дочь судомойки, самая настоящая леди, единственная дочь семейства Райт. С трудом он вспомнил её имя – Мириам – и задумчиво склонил голову к плечу.
– А если… я стану вашим мужем и разрешу поехать в Университет, построю какую угодно лабораторию и разрешу заниматься всем, чем захочется, миледи согласится?
В конце концов, решил про себя он, в жизни наконец-то появится цель куда более приятная, чем во всём соглашаться с матушкой или же стать генералом. Военная стезя – не для него, это стало понятно ещё в первые дни в училище. Но что тогда остаётся? Влачить жалкое существование?
– Женщинам не разрешено обучаться в Университете, – насупилась она.
– Тогда, – тяжело вздохнул Нортон, поднимаясь со своего места, – мне придётся стать Верховным канцлером и издать специальный указ. Как думаете, миледи, это возможно? Нет-нет, это был риторический вопрос, не нужно на него отвечать. Вот, возьмите.
Мириам удивлённо уставилась на протянутый платок. Она уже успела несколько раз пожалеть, что выбрала именно эту беседку – парень казался ей в высшей степени странным.
– Это будет моим обещанием вам. Вернёте его мне, когда станете доктором Мириам Грэм. Согласны на такое предложение?
========== XIX ==========
Событие третье
Мне хотелось стать злым,
Злым и бессердечным.
Чтоб остаться одному
Навечно.
XIX
Поднятая ко рту ложка предательски дрожала в руках Ирии, хоть отец и не смотрел на него. Мужчина, время от времени поправляя сползающие на кончик носа очки, вчитывался в газетные строчки и наслаждался прекраснейшим чаем.
– Ужасные беспорядки творятся на улице, не правда ли? – лорд Бретон так и не поднял взгляд на сына. – Хорошо, что твои мать и сёстры остались в Аласто.
– Да, отец, – чуть запоздало кивнул парень, судорожно сглотнув и вернув ложку в тарелку. – Зарим писал вам? Как его дела в Байе?
– Он собирается ещё погостить у своей невесты. Думаю, пора и тебе подыскать подходящую партию, Ирия. Почему бы не брать пример со старшего брата?
Парень сглотнул, предпочитая промолчать.
– Как твоя ночная прогулка, кстати? Я могу списать долг семье Нивес?
– Я нашёл всё, что вы просили, отец, – не в силах больше совладать с собой, Ирия закусил край губы и поднялся из-за стола. – Надеюсь, вы не против, что я захотел приютить его?
Лорд Бретон поверх газеты посмотрел на стоявшего у дверей Лайэта. Проходчик застыл, превратившись в каменное изваяние, и не подавал каких-либо признаков того, что слушает или вообще слышит разговор светлейших господ. Больше всего Ирия опасался, что тот не сможет вести себя подобающим образом или, говоря более простым языком, пресмыкаться перед вышестоящими – из-за чего-то же он дезертировал? Но цепной пёс владел собой куда лучше, чем молодой лорд, что в некоторой степени бесило парня. Признаваться, что ты в чём-то недостаточно хорош, всегда трудно.
– Не вижу ничего плохого в ручной зверушке. Думаю, это научит тебя ответственности, – одарил сына отеческой улыбкой Сигиз. – Только надо что-то сделать с его рационом. Если он будет продолжать есть за двоих, я вычту затраты на него из твоего ежемесячного жалования. Это честно, не находишь?
– Мне давно пора учиться распоряжаться деньгами, – улыбнулся в ответ Ирия. – Я могу идти, отец?
– Я разве удерживаю тебя здесь силой? – изогнул бровь дугой мужчина и вернулся к газете.
Из обеденного зала молодой лорд выходил чинно и неторопливо, но стоило ему оказаться по другую сторону дверей, как он стремглав отправился в свои покои, нервно озираясь по сторонам и то и дело цепляясь за Лайэта, поторапливая его. Желтоглазый, как на зло, останавливался чуть ли не у каждой картины или вазы в коридорах, желая рассмотреть лучше. Посторонних глаз и ушей можно было не опасаться – основной штат слуг находился в Аласто, а здесь, в Столице, лорд Бретон оставил при себе лишь необходимый минимум.
– Ты покормил их? – шёпотом спросил Ирия.
– Как вы и приказывали, – с притворно-ехидной покорностью отозвался «телохранитель». – Мальчик весьма недоволен нынешним положением.