Не знаю, что же меня больше бесит в этой ситуации. То, что он до ужаса брезгливый и ко всему, что не похоже на него, испытывает отвращение, или же то, что он поставил меня перед фактом. А факт этот, собственно, в том, что он подал заявление в загс на пару с моей бабулей. И свадьба через месяц. И к этому времени, по его словам, я должна выглядеть как доска.
Это вообще как понимать??? Меня держали семеро, пока он все это мне говорил. Я акцентировала свое внимание на салате, который мне подали на ужин. И мысленно я считала калории. Меня это немного отвлекло. Но гневную тираду, зарождающуюся у меня в голове, я смогла сдержать и оставить ее – пока что – при себе.
С того вечера прошло несколько дней, а я так и не смогла добраться до интернета. Прислуга и охрана уже меньше уделяют мне внимания и относятся менее насторожено. И это безусловно радует. Только Петр Борисович не сводит с меня глаз. Но это и ожидалось. Я не думаю, что он поверил в мое состояние блаженной дурочки.
Я уже могу гулять по дому без постоянного присмотра. Но это до тех пор, пока Любовь Аркадьевна не укажет им на их халатность. Однако я не тороплюсь влезать в их отношения. Пускай сами разбираются, а я пока займусь своим делом.
Я познакомилась со всеми в доме, но сделала это почти незаметно. За мимолетными разговорами, а что-то даже подслушала. Стыдно, каюсь. Но это ради благой цели, а именно освобождения меня.
Я искала что-то такое, за что можно зацепиться. Я была готова прибегнуть даже к взятке и шантажу. У меня были свои деньги и я вполне могла ими воспользоваться. Но пока мои попытки выяснить что-нибудь интересное провалились. Ни одного грязного секрета я не смогла выяснить.
Нет, был, конечно, один секретик. Но мне показалось, что он должен сохраниться в тайне. Я одним вечером, поздним вечером, когда все уже легли спать, я спустилась на кухню в тихушку перекусить. Ну может быть это была глубокая ночь, но неважно.
А важно было то, кого я застукала в одной из кладовой. Я стала непроизвольным свидетелем акта любви. У меня был такой шок, ступор. Я стояла там все то время, когда действие происходило. Честно, я не знаю почему была в таком ступоре, что не могла пошевелиться. Может быть с какой страстью они это делали, а может какими словами, а главное интонацией это все сопровождалось.
На моих глазах появились слезы. Одна даже успела выпасть из глаза, но я быстро смахнула ее. Я была зла. На себя. Но все равно где-то в глубине души у меня закрались сомнения. Я не могла до конца поверить в слова, которые сказала мне Любовь Аркадьевна.
Поверить в то, что Джеймс предал меня? Было много правды, доказательств. Но так же были сомнения, которые не давали в полную меру принять это все.
Я держалась за эти сомнения как за спасательный круг. У меня было огромное желание выпутаться из этих интриг и посмотреть ему в глаза, чтобы если что залепить смачную пощечину. Хотя сомневаюсь, что смогу это сделать.
Я верила в то, что кто-то из Авалона предал нас. Кто-то, кто знаком с изнанкой клуба, у кого был доступ к камерам и доступу ко всему там. Но поверить что это сделал Джеймс…. Я вспоминаю как он смотрел на меня, каким нежным был его взгляд. Как он заботился обо мне. Его серьезные намерения по отношению к нам были видны невооруженным глазом. Но кто-то его подставляет. И это надо выяснить.
Мне нужно поговорить с Мариной, что-то мне подсказывает, что у нее есть та информация, которая нужна мне.
Я боюсь. Мне страшно, что неизвестность наседает на меня. Мои мысли крутятся все в одном направлении. Любовь Аркадьевна что-то скрывает.
Зачем я ей нужна? Она ненавидела мою мать. Так неужели она не ненавидит меня? Она точно меня ненавидит, но скрывает это, хотя мимолетно можно увидеть ее гримасы в мою сторону.
Как мне кажется, все скрыто в ее кабинете. Нужно только попасть туда. А чтобы это сделать мне нужен человек, который сможет отвлечь их, пока я буду копаться в скелетах, которые скрывает в шкафу моя бабуля.
Мне нужно переманить Марину на свою сторону….
ГЛАВА 24. Джеймс
Когда прошло полчаса от назначенного времени, я еще сидел с улыбкой на лице, предвкушая, как изменится в лице Оливия, увидев на столе букет цветов. Огромный букет. Я весь день потратил на его покупку. Сначала обзвонил все цветочные в городе, которые смогли бы к этому времени собрать букет и доставить его. Уже после обеда, когда часы показывали четыре, а значит до нашего свидания оставалось каких-то три часа. На меня начало накатывать отчаяние, я не мог купить ей цветы. Ну, как не мог. Я мог бы ей завтра их подарить, послезавтра, через два дня. Но не сегодня. Я уже совсем сник и начал волосы на голове дергать, как мне на глаза попался последний номер. Чертыхаясь и молясь одновременно я им позвонил. Мне долго не отвечали и длинные гудки жутко нервировали. Я хотел уже бросить в стену телефон, когда я услышал ответ.