С каждым днем все хуже. Все сложней и сложней это контролировать, лучше не становиться. Выскочила, вовсе позабыв о порванной рубашке. И плевать, что там сидит Он, в кресле и ждет ее.
– Ни это ищешь?
Странно, но его голос не звучал оглушающе, как собственное дыхание. В его раскрытой ладони, лежали маленькие из мягкого прозрачного силикона беруши. Она смотрела затравленным взглядом, как наркоман на дозу, то на них, то на Дмитрия.
– Даша, – позвал он ее. – Позволь мне исправить то, что я натворил.
– От-тдай…! – выдохнула она еле слышный крик. От которого лопались капилляры в глазах. – Уходи!
– Позволь помочь тебе хотя бы в – этом.
– Отдай! – снова прохрипела сквозь зубы, от перенапряжения вот-вот говорить перестанет, а из глаз польются кровавые слезы.
В момент когда он казалось очень бесшумно поднялся с кресла и приблизился к ней. Даша зажала уши руками. Чтобы не слышать звук его одежды, ведь они были столь невыносимы, что хотелось взять и собственноручно порвать перепонки.
Дмитрий осторожно провел по спутанным волосам своей упрямой девочки, убирая тонкие запястья в стороны. Синхронным ловким движением, установил эти незамысловатые атрибуты защиты в маленькие аккуратные ушки, своей жены.
Даша блаженно выдохнула из груди накопившийся воздух, что оказывается задержала на неопределенное время. Беруши на месте – теперь можно жить. Но как тут жить, существовать лишь и приходится. Мгновение и воспоминание вновь переходят на первый план. Стыд за вчерашнее, злость за сегодняшнее… а он стоит и сверху в низ смотрит на нее как на несмышленыша, строго, пытливо.
– Дальше будет хуже.
– Иди к черту… – устало сказала мужчине, соизволив наконец прикрыться, на ватных ногах поплелась в ванную.
Но дверь перед носом придержала большая ладонь не давая открыть, как бы девушка не пыталась.
– Даша, услышь меня.
– Отойди – цедит сквозь зубы, не сдаваясь в стремлении спрятаться в ванной.
– Скоро и эти штуки тебе не помогут, если не справимся сейчас. Навредишь не только себе… но и детям. СВОИМ детям Даша, – не решился сказать НАШИМ, ведь у них в отношениях слова «МЫ» - не существует, да и что там говорить – отношений то никаких нет.
Но девушка непреклонно стоит, молчит. Даже сердце не екнуло.
– Сложно помогать против воли… ты же не маленькая девочка, подумай хотя бы о себе.
Даша вдруг расслабилась. Обернулась к нему и с насмешкой посмотрела прямо в глаза оборотню.
– А ты «дорогой» дождись вечера или ночи. У меня что-нибудь в мозгах заклинит, тогда и говорить со мной не придется, тогда я точно буду на все сто податлива, и на все согласна! – м-мм да… не зря говорят, что в слове может быть куда больше яда, чем в самом яде.
Дмитрий убрал руку с двери, как в одночасье все силы потеряв, от бессмысленных уговоров. А она, воспользовавшись его временной капитуляцией, снова поспешила скрыться за дверью.
Если вдруг когда-нибудь случится это чудо-чудное, самое настоящее и нереальное, а именно у них всё НАЛАДИТСЯ! Хотя скорее уж на землю пришельцы прилетят… оборотень четко для себя решил, что он точно снимет эту гребанную дверь с петель, раздробит ее в щепки и спалит к чертям собачьим! Будут жить так, открыто. Видами наслаждаться!
Зарылся пальцами в волосы, взъерошив их еще больше чем были. Решая в голове первостепенную задачу относительно пары, остальные подождут… А именно – чужая стая с «о-о мудрейшими старейшинами» что не менее мудро выносят мозг, тесть с двустволкой что спит и видит как бы сезон охоты на зятя открыть. Ну и такие мелочи как: администрация города которая возомнила себя дояркой, а Его…Кхм-мм – дойной коровой. Ремонт клуба, там еще в суд на него кто-то из Vip клиентов подал, прокуратура заинтересовалась вроде. Строительство завода – с этим вообще все глухо.
С Мариной еще что-то нужно делать…
Не жизнь, а сказка, чем дальше тем «счастливее»…
День идет, как и запланировали изначально. Вернее как решила Юлия Александровна. Не в ее интересах, вот так сидеть сложа руки когда там любимый муж, в четырех стенах мучается. Голодает, как выяснилось после их телефонного разговора. Все оказалось банальней некуда. Мужчине до чертиков надоели больничные стены и он придирается буквально ко всему. Особенно к заведующему отделением. Этого паренька он на дух не переваривал, тот без стука теперь вообще в палату к нему не суется.Что сказать,вот таким вредным может быть Максим Егорович.
Женщина по доброму посмеялась над ним когда всей дружной «семей», во главе с Дмитрием как ни странно, они сидели за столом и завтракали.