Как говорится, хочешь соврать – скажи правду, но умолчи о главном. Вроде получилось.
Лекция идет, а Даша все никак не вникнет в ее суть. Мысли непроизвольно заполнили все пространство разума Им.
Дмитрий помогает отцу, мама в нем души не чает. Он не воспользовался возможностью еще раз взять ее, хотя возможностей было уйма. Помог ей справиться со слухом, принять его как новую реальность в свою обновленную жизнь. Все время был рядом, ни разу не отошел в сторону. Забирал ее боль себе, впитывал точно губка то что предназначалось лишь ей. Он мог как тот оборотень Леонид, с алчным азартом наблюдать за чужими муками, но поступил иначе. А вчера избавил от страха. Забрал его себе, снова. Она уснула в его объятьях, но несмотря на это она ощущала каждое движение его рук – он не смел дать им волю. Ни смел трогать там где не дозволено чужому мужчине, а ведь была идеальная возможность. Более того она даже не стала бы сопротивляться и он это знал.
В его объятьях было так легко, тепло и надежно, что ни за что на свете не хотелось оказаться где-то еще. Чувствовала что этот оборотень, просидел всю ночь в неудобной позе держа ее податливое тельце в своих руках. И лишь к утру уложил на кровать, заботливо укрыл одеялом, позволив себе робкий и такой мягкий поцелуй в ее щеку. Тихо ушел по своим делам, за всю ночь ни раз не сомкнув глаз, как ни странно совсем не надеясь на то, что она оценит.
Он обидел, да. Но может и впрямь не со зла? Вспомнила его фразу про «Дурман».
«Что он этим хотел сказать? Дурман – игра слов, фигура речи или что-то другое?»
– О чем задумалась? – вывел из мыслей голос подруги и незамысловатый звонок звучащий по всему универу.
– Да так, ни о чем.
Катя фыркнула. Попыталась высказаться подруге о том что нехорошо быть на столько скрытной, но вовремя остановилась.
– Ладно уж. Все время забываю что ты у нас на сносях…
– Я не на сносях.
– Да какая разница, – небрежно махнула рукой. – Все равно через девять месяцев рожать. Ты мне вот что скажи. Ты сама то рада?
Даша замялась, приложила ладонь к животу. – Я хотела оставить их Дмитрию…
– Что? – Катя выпучила глаза в возмущении, – Ты пошутила сейчас да? – но подруга лишь качала головой, на что Катя не на шутку разозлилась. – Ты мать вообще или Кукушка?! Уж я на сколько этих мелких спиногрызов не люблю, но за своих детей всех перегрызу. И плевать от кого они будут!
– Я по этому сегодня и ревела Кать. Вадим мне такие вещи про свое детство рассказал, что… я передумала. Я должна быт с ними. У меня близнецы Кать.
– Вот это да, Близнецы! Да этому Вадику я бы памятник поставила за такие заслуги!
Даша уж было хотела попросить подругу не называть Вадима Вадиком, но их неожиданно прервали.
– Добрый день, – раздался мелодичный голос преподавателя. Молодая, красивая, даже слишком…точно с обложки журнала сошла. Чистой воды стерва, ни кому не давала поблажек даже отличникам. Если по какой-то причине студент ей не понравился на внешность, пиши пропала – ее предмет ему не сдать, лишь с пятой попытки или пока не унизится и не будет бегать за ней по пятам, умолять о пощаде драгоценной зачетки.
Даша изначально попала к ней вне милость, благо не профильный предмет и он через два года отсеялся. А так все те начальные два года сидела без стипендии, исключительно из-за нее.
И сейчас спустя столько времени, Даша вдруг ей понадобилась. И кажется дело серьезное, ведь эта «Королева» сама лично, никого не отправила из «посыльных», с требованием примчатся к ней не ковер, а дошла до аудитории сама в поисках одной единственной девушки. Катю даже не удостоила своим высокомерным взглядом, весь свой взор устремила на Дашу, в которых засиял желтоватый оттенок.
– Здравствуйте, – непроизвольно рыкнула девушка чувствуя необъяснимое раздражение находясь рядом с этой волчицей.
– Могу ли я с вами поговорить наедине, Дарья Максимовна? – ее пухлые чувственные губы растянулись в улыбке.
– Конечно, без проблем.
Катя уж было хотела идти за ними, но Даша остановила, заверив что скоро придет, переживать абсолютно не о чем.
Волчица завела ее в пустую аудиторию, прикрыла дверь и обернулась с плохо скрываемым завистливым интересом разглядывая Дашу.
– Что вам нужно? – нарушила тишину, устав ощущать себя картиной.
– Мне просто интересно, что он в тебе нашел? – ее тон перешел на более не формальный, но от этого не менее наглый.– А ты знаешь, у нас Димой был роман два года.