- Ноя ничего не могу поделать, - Генри тяжко вздохнул. - Я все еще люблю ее, а без нее мне даже просто улыбнуться, кажется тяжким грехом. Она там, а я здесь.
- Так улыбайся через силу, живи через силу. Хотя бы не ради себя, а ради своих родных. - Я пожала плечами, а он, задумчиво смотря на меня.
Генри некоторое время смотрел на меня, а потом улыбнулся и кивнул, словно мои слова проникли в его душу. Не знаю как, но я почувствовала, что здесь и сейчас в душе Генри поселилась крупица надежды, которая позволит ему попытаться жить дальше. Хотя бы попытаться.
Я поёжилась от ветра и плотнее запахнула на себе куртку.
- Не хочешь выпить кофе?
Разумной своей частью я понимала, что это не лучшая идея. Генри всё же оставался моим боссом. Разговор на кладбище с боссом – странно. А разговор в выходной день за чашкой кофе уже не странно, а непрофессионально.
Но сейчас, после такого трудного и душевного разговора, Генри выглядел таким печальным и ранимым, что я не смогла сказать нет. И сидела в небольшой кофейне, недалеко от офиса, сжимая в руках кружку с кофе.
- И о чём поговорим? – Спросил Генри, отламывая кусочек от своего шоколадного печенья и закидывая его в рот.
- Я думаю, лимит разговоров о покойниках в выходные мы уже перешли, - улыбнулась я. – А говорить о работе в выходные неправильно с точки зрения правила выходного.
- «Правило выходного»?
- Да, «Привило выходного». Оно гласит, что выходной на то и придуман, чтобы заниматься чем угодно, только не работой.
- Значит, я его неоднократно нарушил. – Усмехнулся Генри, а я в притворном ужасе выпучила глаза.
- Как ты мог? Это же преступление века. Да как Полиция Выходного Развлечения еще не задержала?
- Всё решают мои связи. – Улыбнулся он, а я отметила, какая у него красивая улыбка. Особенно красивой она становится, когда его глаза тоже начинают улыбаться. – Так о чём же по «Правилу Выходного» можно поговорить?
- Подкинь тему.
- Расскажи мне про Ванессу. – Ого, вот это действительно для меня было неожиданно. А еще неожиданно для меня стало то, что я испытала укол разочарования. Быстрый, едва уловимый, но он всё же был.
- Эм… ну… Ванесса вся пошла в нашу маму, - начала я. – Они похожи как две капли. И по внешности и по характеру. Они всегда планируют всё. Знают, где окажутся завтра, что сделают, как поступят. Ванесса всегда поддерживала меня… в трудных ситуациях. Она умеет найти решений из любой ситуации. Она просто… лучшая.
- Тогда я рад, что мой друг влюбился именно в такую. Питер умеет найти себе неприятности на задницу, поэтому ему нужна та, кто будет отдёргивать его.
И опять же, я не должна была испытывать облегчение оттого, что он просто интересовался девушкой для своего лучшего друга. Но я испытала.
- А Питер? – Встречно поинтересовалась я. – Я должна знать, что моя сестра будет в надёжных руках.
- Поверь мне, Пит в восторге от Ванессы. Он никогда еще так сильно не был влюблён в девушку, поэтому ты не должна переживать из-за этого. Я даже рад, что он так сильно влюблён.
- Почему это?
- Когда я начал встречаться с Николь, Пит постоянно издевался надо мной. Мол прогнулся под девушку, перестал быть мужиком. Что он никогда не позволит какой-то девушки крутить собой, что он свободная птица. А я знал, что рано или поздно он встретит ту единственную. Правда я думал, что… - Генри замолчал и поджал губы, отвернувшись к окну.
- Что ты думал?
- Что я тогда буду с Николь. И мы сможем проводить выходные все вместе.
- Я думаю, Николь была действительно замечательной. – Сказала я, сжав еще раз его руку.
Генри.
Этот день начался достаточно мрачно и тоскливо. Тот случай в кабинете с Викторией… разговор о Никки, воспоминания о нашем прошлом. Они вывели меня из равновесия, поэтому ночь я провёл, сидя на полу в нашей старой спальне и вспоминая о том, как нам было хорошо здесь. С утра я решил навестить её. Я часто приходил к ней на могилу. Сидел на земле, глядя на надгробную плиту, и рассказывал её о том, как всё дальше и дальше качусь в пропасть.
После разговора с Викки я понял, что не всё настолько плохо, как было когда-то. Нельзя сказать, что я резко перестал грустить и скучать по своей жене. Но я понял, что в этом мире еще много поводов для радости. И эта потеря должна сделать меня сильнее.
Я быстро сбегал в подвал, а потом вернулся в свою старую спальню. Я начал скидывать туда разные вещи. С полок, с шкафов, из тумбочек. Я испытывал странное чувство. Одна часть меня испытывала дикую и сильную боль. Я сейчас скидывал в коробку несколько лет своей жизни, собирался выкинуть осколки своего сердца. Но другая часть меня испытывала странное удовлетворение. Словно я отпускал свою боль.
Да, пора начинать жить с чистого листа.