Я, наконец, выехала на главную дорогу. Я выругалась, увидев, что впереди образовалась небольшая пробка. Я подъехала к крайней машине, нажав на тормоз, одной рукой я полезла в сумку, за телефоном, чтобы предупредить, что задержусь, но меня остановил дикий звук сигнала машины. В зеркало заднего вида я увидела огромный грузовик, который не справлялся с управлением и мчался прямо на меня. Я хотела выруливать машину в сторону, на встречку, но не успела. В следующую секунду, я почувствовала сильный удар, жуткую боль, после чего провалилась куда-то в темноту. Но тем не менее, перед глазами стояло лицо Генри. Черт, он ведь наверняка будет волноваться!»
- Викки! Викки, черт, проснись же!
Я просто подпрыгнула на кровати. Горло будто душило, а из-за пелены слез я видела лишь очертания лица Генри. Из грудь вырвался всхлип. После еще один. И еще.
- Эй, малышка, - я почувствовала, как мужчина прижал меня к себе. От него исходило тепло. – Это сон, слышишь?
- Боже, Генри, я… - мой голос был до жути невнятным. – Мне так жаль. Боже, как же мне жаль!
- Да, что с тобой? – Обеспокоено сказал Генри, еще крепче обняв меня. – Викки… - прошептал он, нежно поцеловав меня в висок.
Он лег на подушки, потянув меня с собой. Я крепко прижалась к нему, чувствуя, как вздрагивало мое тело. Вновь мне снились эти сны. Последний месяц они отступили, но одно дело видеть свидание Генри и…ее. А совсем другое, прочувствовать на себе то состояние, те эмоции, что были у Николь перед…ее гибелью.
Генри все так же мягко поглаживал меня по волосам, время от времени целуя в макушку. Я не знаю, сколько мы так пролежали, но мои всхлипы стихли, и слез больше не было. Слыша тихое дыхание Генри я уже подумала, что он уснул, но…
- Что тебе приснилось? – Прошептал он.
- Генри, не…
- Я правда хочу знать. Ты никогда еще так не кричала во сне при мне.
- Генри, я…
Я села на кровать, опустив взгляд. Неужели сейчас пришло время сказать?
- Викки, - я почувствовала его ладонь на своем плече, - милая, ты же знаешь, что можешь мне рассказать абсолютно все. Я заглянула в его голубые глаза и по телу прошла дрожь. Как же все-таки я его люблю. Если его оттолкнет все это.
- Это «что-то» слишком странное.
- Я готов выслушать.
- Не думаю, что ты готов, - я невесело ухмыльнулась.
- Ты меня пугаешь. Говори уже, - вздохнул он.
- Знаешь, я…ты же помнишь о моей операции?
- Конечно, - он сжал мои пальцы.
- И ты понимаешь, что без донорского сердца я бы умерла?
- Викки… - он побледнел.
- Дело в том, что мне кажется, что моим донором была твоя Ники.
- Что? – Ошеломленно пробормотал Генри. – С чего ты это взяла.
- Она погибла в ночь с 20 на 21 июля?
- Да.
- Тогда нам сказали, что появился донор. Она лежала в седьмой больнице? – Генри еле заметно кивнул. – Но это не все… - я тяжело сглотнула, - …мне снятся сны. Снились весь чертов год после операции.
- Какие сны?
- О тебе. О ней. Ваша первая встреча. Ваше первое свидание. То как ты сделал Николь предложение. Все. Это будто воспоминания, но я не могу сказать, насколько они точны. Но это лишь малость. Я начала меняться…вкусы, поведение, характер. Я чувствую будто я стаю кем-то другим, Генри. А если быть точным, то…я становлюсь ею.
- Викки, - Генри был смертельно бледен, - ты же знаешь, как это звучит?
- Знаю! – Я почувствовала, как по щекам стекают слезы. – Но откуда же я знаю, что ты сделал ей предложение в этой квартире за ужином. А на третьем свидании она сказала, что если ты ее не поцелуетесь, вы расстанетесь из-за «правила трех свиданий», но ты не размышляя притянул ее к себе, после чего вы пошли к ней. И шутка о «мистере Шоколадном батончике»! И поцелуй на удачу. И то откуда, как вам подарили Счастливчика. А еще она все время пила капучино без сахара, хотя до этого я все время любила чертов латте! И красное сухое вино, хотя я же его ненавижу. Ненавидела. Генри, - всхлипнула я, утирая слезы, - помнишь наше первую встречу в парке? Мою реакцию. Я не хотела верить, что ты реален, но…боже.
Мое тело вздрагивало все сильнее. Что если он возненавидит меня за это, что если обвинит в том, что я украла ее сердце и поэтому она умерла, ведь он любит Николь. Всегда любил и будет любить. Я не заменю ее ему никогда. Генри сейчас поймет в чем причина его симпатии ко мне и все будет кончено.
- Иди ко мне, - еле слышно пробормотал он и совсем нежно и трепетно притянул меня к себе. – Я помню…помню, как мне дали подписать какие-то документы в больнице, ноя был так подавлен, что сделал все на автомате. Малышка,…не знаю, как реагировать. – Я посмотрела на него и увидела, как он смотрел прямо перед собой, просто не зная, что ему делать, не зная, что сказать.
- Мне снилась та авария, - зачем-то сказала я. Она думала о тебе, перед тем, как… - но Генри не дал мне договорить, а лишь притянул к себе и жадно поцеловал, будто изливая всю свою боль в этом поцелуе. Я же крепко схватила его за волосы, пытаясь прижаться к нему еще ближе. Как же он мне нужен…