Это был пляж Генри и Николь!
Во снах я часто видела его. И именно здесь была сделала фотография, что стояла у него на столе. Они часто сюда приходили и проводили много своих выходных здесь. Это было так странно. Стоять здесь, где когда-то стояли они.
- Виктория? – Я вздрогнула, когда кто-то за спиной позвал меня. А когда я повернулась и увидела перед собой того, кто позвал меня, я чуть не упала замертво. – Понимаю, - улыбнулась мне Николь, а я в очередной раз отметила то, какой она на самом деле была красивой. – Это любого выведет из равновесия.
- Я умерла? – Прошептала я. Это был самый логичный ответ. Как тогда можно объяснить то, как я попала на этот пляж и тот факт, что со мной говорила погибшая жена моего парня.
- Нет, - покачала она головой. – Ты без сознания под успокоительными. Скоро должна очнуться.
- Я не… не понимаю. – Покачала я головой. Это безумие какое-то.
- На самом деле, для меня это тоже загадка. Но я рада, что у меня есть шанс поговорить с тобой.
Никки отвернулась и посмотрела на залив и набегающие на берег волны. Она закрыла глаза и глубоко вздохнула, а потом на её губах расцвела лёгкая и счастливая улыбка.
- Я обожала это место, - тихо сказала она, когда открыла глаза. Но так и не посмотрела на меня. – Только здесь мы с Генри были по-настоящему счастливы, а я позволяла себе отпустить бразды правления. – Она замолчала, а потом посмотрела на меня. – Знаешь, ты видела много моментов со мной и Генри. Но… мы не всегда были такими счастливыми. У нас часто возникали проблемы, потому что мы оба были лидерами. Каждому из нас всегда нужно было держать контроль в своих руках. Ты… не такая.
- Это не так, - прошептала я. – С тех пор, как я встретила Генри, у меня возникает ощущение, что я становлюсь тобой. И мне так страшно от этого.
- Не смотря на все наши разногласия, - продолжила Николь, словно не слыша меня. – Я любила его. Так сильно любила. И больше всего я хотела, чтобы он был счастлив. И сейчас я хочу того же. С тобой он будет счастлив по-настоящему. Я знаю это. Я вижу это. Вы с ним… нам с Генри было хорошо, я не могу отрицать. Но вы с ним созданы друг для друга.
- Потому что я похожа на тебя.
- Нет, потому что ты совсем не похожа на меня, - улыбнулась она. – Я так боялась отпустить его. Но сейчас я знаю, что готова к этому. Готова отпустить и просто дать вам быть счастливыми. Пообещай, что ты всегда будешь делать его счастливым.
- Я постараюсь.
- Нет, Виктория, - покачала Никки головой. – Женщина всегда знает, сможет ли она сделать мужчину счастливым. Она всегда знает, подходят ли она мужчине, чтобы провести с ним жизнь. Я не подходила Генри. Но я любила его. И была чёртовой эгоисткой, чтобы просто так взять и отпустить.
Я закрыла глаза и представила Генри. Представила, как ласково он улыбался, когда я делала глупости или говорила что-то не то. Представила, как он прижимал меня к себе с счастьем в глазах, когда мне нужна была его поддержка. Представила, каким он радостным был, когда я заботилась о нём. Представила, как хорошо нам было, когда по вечерам мы просто сидели в гостиной и смотрели телевизор. Счастье всегда было в мелочах, которые до этого я не замечала.
- Да, - сказала я Николь и открыла глаза. – Я могу сделать его счастливым.
А потом она просто улыбнулась и исчезла.
И всё вокруг меня исчезло.
- Викки? – Позвал меня какой-то голос из темноты, но звучал он как сквозь толщу воды. – Эй, милая, ты слышишь меня?
Я открыла глаза, но яркий свет сразу заставил меня начать моргать. Он так слепил меня, что мне потребовалось пара минут, чтобы привыкнуть к яркому свету. Голова немного болела, но я не обращала на это внимания. Особенно когда поняла, что лежала в больнице. А рядом со мной сидел Генри.
- Привет, красавица. – Улыбнулся он и сжал мою руку. – Как ты?
- Привет. Я… такая сонная. Сколько я была без сознания?
- Не так долго. Часов восемь.
- И ты всё это время был здесь?
- А где я еще должен был быть?
- Генри, прости меня, - тихо сказала я и попыталась сесть на больничной койке. – Я должна была рассказать тебе правду с самого начала. Не тогда, когда мы столкнулись, а когда поняла, что между нами что-то зарождается. Про сны и Никки… просто я не знала, что мне с этим делать и как к этому относиться.
- Викки, это ты прости меня. Я не должен был отталкивать тебя тогда. Ты и Никки… да, у вас были общие черты. И иногда ты говорила так, что я просто слышал её голос в своей голове. Но я никогда не пытался заменить её тобой. Ты всегда оставалась Викторией. И я видел это в тебе. Я полюбил тебя. Только тебя.
- И я полюбила тебя, Генри. Очень, очень сильно. Поэтому я так сильно боялась, что ты будешь видеть во мне только замену своей Николь, - в глазах собрались слёзы, когда я подумала об этом. – Мне так хотелось, чтобы ты любил меня. Только меня, а не чей-то призрак во мне.
- Иногда ты бываешь слишком эмоциональной в милом смысле, - улыбнулся Генри, сжимая мою руку. – Ты веришь только в счастливые концы. Ты любишь смотреть на дождь и мечтать о своём. Иногда я так и вижу, как мысли в твоей голове сменяют друг друга. Ты мечтаешь жить так, чтобы в старости вспоминать всё с радостной улыбкой и чувством гордости за себя. Ты смотрела «Дневник Памяти» ровно сорок три раза. И каждый раз плакала, как в первый. Ты любишь бейсбол и хоть мы болеем за разные команды, я обожаю, когда мы с тобой смотрим вместе матчи и подшучиваем друг над другом. Всё это, это ты Викки. Непохожая ни на кого, не говоря уже о Николь.
Я всхлипнула, но счастливо улыбнулась, когда Генри закончил.
- Я не могу отрицать, что не любил Николь, а тебя полюбил сильнее. Я любил её, она была моей первой любовью. Но тебя я тоже люблю и это два разных чувства. И я знаю, что ты станешь моей последней любовью, потому что кроме тебя мне никто не будет нужен.
- Я люблю тебя, Генри. – Прошептала я, когда по моему лицу текли слёзы.
- И я всегда буду тебя любить.
Генри наклонился и поцеловал меня. И в ту секунду, когда наши губы встретились, я почувствовала, что призрак Никки больше никогда не встанет между нами. Здесь и сейчас мы оба отпустили её, чтобы построить совместное будущее.