- Я… простите…
- Всё хорошо.
- Он у вас очень любвиобильный.
- На самом деле, нет…
Это было странно. Счастливчик не очень любил даже людей, которых достаточно часто видел, а тут побежал через два квартала к совершенной незнакомки и выглядел так, словно встретил свою любимую хозяйку.
- Мне надо идти. – Быстро сказала она, а потом повернулась и быстро побежала.
Глава 3
Виктория
По жизни я всегда была активисткой. Я любила участвовать в любых движениях. Любила быть там и тут, с теми людьми и пообщаться с этими. Чёрт, я даже была учасником школьной газеты и до конца боролась за то, чтобы её не закрыли. А ведь её читало всего шесть человек, пять из которых и писали. Со мной в группе были не самые приятные люди, но я всё равно всегда пыталась быть с ними милой и дружелюбной, а также пекла каждому пирог на его день рождения. Я просто любила быть рядом с людьми и дарить им счастье.
Сейчас я сидела на собрании поддержке для перенесших операцию на пересадку органов. Я слушала наискучнейшую историю о том, как какая-то женщина перенесла операцию по пересадки печени и теперь её очень плохо оттого, что она не может выпить, потому что после потери мужа алкоголь был её единственным утешением. Ей бы еще в АА сходить для полной картины. Я… та я, которой была когда-то, была бы рада быть здесь и всеми силами пыталась бы помочь людям. Она бы постоянно напоминала себе, что жива и теперь может жить полной жизнью, что еще больше должна ценить каждую секунду.
Но теперь я стала другой. Я больше не узнавала себя. Не узнавала весёлую, жизнерадостную активистку, которой была всегда. Теперь я была недовольна всем. Часто злилась. Меня больше не радовали те вещи, которые когда-то приносили больше всего удовольствия. Я становилась поверхностной. Лицемерной. Часто заносчивой. Расчётливой. Словно становилась кем-то другим. Кем-то, чью жизнь я проживала.
Это автоматически меня выбросило в воспоминания о мужчине, которого я встретила, когда шла сюда. Высокий, красивый, с голубыми глазами и небольшой бородкой на лице. Я видела его впервые… в реальности. Этот был он. Тот, кто снился мне последнее время. В моих снах он всегда был таким… близким мне. Словно я знала его уже очень долгое время, словно он был для меня самым близким человеком. Каждый сон не был похож на сон, а был похож на воспоминания. Но я всегда отгоняла эти мысли. Я никогда не встречала его. Я всегда думала, что это глупый плод моего воображения. Трудная операция, стресс, разные препараты. Мало ли что со мной могло случиться. Но когда сегодня я увидела его…
- Виктория? – Я подняла голову, чтобы посмотреть на миссис Гаррет. Она была психологом и главным куратором этой группы. – Не хочешь сегодня рассказать нам свою историю?
- Историю? – Фыркнула я. – Какую историю? Историю того, как я родилась с бомбой замедленного действия в своей груди? И каждый день встречала жалостливые взгляды, сообщающие мне, что каждая секунда моей жизни может стать последней. И каждый мой вздох может быть последним. Или историю того, как какой-то несчастный человек погиб в аварии, а я живу за счёт его жизни? Какую историю вы хотите услышать?
- Виктория, - тяжело выдохнула миссис Гаррет и жалостливо посмотрела на меня. Терпеть не могу такой её взгляд. Он всегда как бы говори мне, держись, мы с тобой, многие проходят через такое и справляются. Ни хера! Операции на сердце самые трудные и самые редкие. И пережить такую операцию достаточно трудно. Пережить и восстановиться, чтобы жить нормальной жизнью еще труднее. – Я понимаю, что ты чувствуешь…
- Понимаете? Вы половину своей осознанной жизни жили с мыслю, что сегодня ваш последний день? Или вы чувствовали такое чувство вины, что просто убивает вас изнутри из-за того, что вашей жизнью вы обязаны горю и боли других людей.
- Нет, но…
- Вы не понимаете меня. Не сможете понять. Точно также, как я не смогу понять её, - я указываю на женщину, которая до этого рассказывала тяжёлую историю своей печени и жизни. – Или его, - я показываю на мужчину, который перенёс пересадку почки. – Мы все находимся в разных ситуациях. У каждого из нас разные истории, жизни. У каждого из нас свои тараканы в голове. Пытаться объединить нас – глупо. Подгонять друг под друга – бесполезно. Я вообще не понимаю, какой человек в здравом рассудке подпишется на всё это.