Обычно в таких случаях я отворачивалась, боясь потревожить чьи-то личные границы, прекрасно зная о том, что большинство пассажиров общественного транспорта ненавидят, когда чужие люди так пристально их рассматривают. Но я не смогла отвести от него глаз.
Улыбка сошла с лица мужчины.
К тому возрасту я прочла много романов, а потому прекрасно знала, что должна чувствовать девушка, встретив объект своей симпатии: трепет в сердце, бабочки в животе, головокружение и волнение, прерывистое дыхание и желание во взгляде.
Чувство, которое я испытала в тот момент можно было сравнить только с падением. Поверьте, это были вовсе не бабочки, а острые ножи, вонзающиеся в область моего желудка.
Мне было страшно.
Какова была причина моего страха? Можете спросить меня об этом еще через десять лет, ответа так и не получите. Но знаете, что я с точной уверенностью знала уже в тот момент? Знала, что этот человек станет моей погибелью.
Стоило поезду остановиться, как я схватила свою сумку и вышла из вагона, больше не желая встречаться взглядом с этими потрясающими глазами.
Я успела дойти до лестницы, когда кто-то дотронулся до моего локтя.
Испуганно дернулась и развернулась.
Мне не удалось сбежать далеко от этого завораживающего взгляда.
В вагоне его глаза выглядели темнее, чем были на самом деле. Серые с едва заметным намеком на голубой. Серые как небо в дождливый день. Серые…
Мужчина что-то говорил. По крайней мере, я видела, что его губы шевелились, но…
Вынув наушники и повесив их себе на шею, я вопросительно посмотрела на него. Он усмехнулся. Вновь появились ямочки. И, оказалось, что, когда он улыбался, у него появлялись милые морщинки вокруг глаз.
Ему было больше двадцати.
-Извини. Ты забыла, - мужчина подал мне пару перчаток.
Я не носила перчатки. По моему мнению это была самая бесполезная вещь со времен появления карманов.
-Они не мои, - ответила я.
-Знаю. Они мои.
Я смотрела на него во все глаза, прекрасно осознавая, что это был его способ знакомства, но совершенно не понимая, как следовало реагировать.
-Не бойся! – уверил он, поднимая руки. – Я вовсе не маньяк и не преследователь. Знаю, все это немного странно и неожиданно, я просто… просто познакомиться хотел. И, клянусь, я не пьян! Знаю, что мои приятели вели себя слегка бурно, но на то есть повод, поверь! И даже, если знакомиться не хочешь, то перчатки все равно возьми. Ты замерзнешь в такую погоду в столь тонкой куртке, да еще и с голыми руками. – Он вновь протянул мне перчатки.
Я продолжала молча смотреть на него.
Тогда я думала, что это наверняка какой-то продуманный метод пикапа, но… казалось, он был искренним. И я поверила ему.
Вероятно, я молчала слишком долго, потому что…
-Ладно. Прости. Я понял. Извини за беспокойство.
В тот момент я знала, что позволь ему уйти мы больше никогда не встретимся. А я не могла этого допустить. Не простила бы себе.
-Лия, - представилась я, протягивая ему руку.
-Прости, я болван, совсем забыл! Питер. Питер Рей.
Мужчина бережно вложил мою руку в свою ладонь. Я рассчитывала на рукопожатие, как было принято в современном мире и была крайне удивлена, когда Питер поднес мою руку к губам и поцеловал. В тот момент мне даже стало стыдно за то, что я уже несколько месяцев не делала маникюр и явно забросила уход за руками.
-Предупреждая твои вопросы, я не американец. Родился в Англии. И мне двадцать четыре. Подожди… - Питер нахмурился. – Тебе восемнадцать-то хоть есть?
Я усмехнулась.
-Не волнуйся. Тебя не арестуют за совращение малолетних. Мне двадцать один.
Питер прищурился:
-Уверена?
-Паспорт показать?
-Я тебе верю, - он улыбнулся. -Ты спешишь?
-Нет, - ответила я.
-Тогда может выпьешь со мной кофе?
В то время я бы отказала в такой просьбе любому другому парню. Увы, но выбирая между крепким сном и общением с незнакомцем, я всегда отдавала предпочтение сну. Но Питеру не отказала. Мне хотелось провести с ним немного времени. Хотелось поговорить, узнать, расспросить, выслушать.