Наверное, вам интересно узнать, что произошло и почему мы больше не общаемся? Почему мы теперь даже не пересекаемся хоть и живем в одном доме? Почему они избегают меня?
Им слишком стыдно.
Признаться честно, я обожала этих мальчиков! Они были частью моей жизни на протяжении долгого времени, и я не могла представить себе каникулы или выходные без них. Все свободное время мы проводили, рыская по старым заброшенным зданиям, играя в футбол и квадрат, рассказывая друг другу истории, горланя любимые песни на радость всем соседям.
Когда же я перевелась в шестой класс, у меня появилась подружка. Ее звали Аля. Она была моей одноклассницей. Аля была симпатичной девочкой со светлыми волосами, голубыми глазами и хрупкой фигуркой. И мне нравилось обсуждать с ней те вещи, которые я никак не могла обсудить с мальчиками: месячные, угри, жирные волосы, невозможность принятия решения о том, в чем лучше пойти, макияж.
Мы с Алей стали проводить много времени вместе, и я решила, что познакомить ее с Себастьяном и Владом будет хорошей идеей. Тогда это казалось правильным ведь мне не пришлось бы делить свое время, стараясь уделить внимание и ребятам и новой подруге.
Сначала все было идеально. Аля быстро влилась в компанию, открыто общалась с мальчиками и поддерживала все наши идеи. Мы здорово проводили время вчетвером, но потом… потом все изменилось.
Мальчики больше не приглашали меня гулять, не торчали под моей дверью, дожидаясь пока я оденусь, не перекидывались со мной сообщениями двадцать четыре часа в сутки. Я долго ломала голову над тем, что могла сделать не так и чем обидела их, пока однажды не застала всех троих на НАШЕМ месте. Себастьян и Владислав сидели по краям от Али на небольшом утесе в центре города, куда обычно ходили МЫ втроем.
Они променяли меня.
Они предали меня.
Для меня это было тяжелым ударом. В тот вечер я проплакала дома несколько часов к ряду, заливая подушку слезами и осознавая произошедшее. Я тогда даже маму взволновала. Придя с магазина и застав меня в таком состоянии, она все пыталась выяснить что же произошло. Я ей рассказала, а она лишь сказала, что я сама во всем виновата. Это была моя вина, что они ушли. Я была виновата в том, что они бросили меня.
Собственно, именно тогда я узнала, что незаменимых людей не бывает. И именно тогда моя социальная активность снизилась до нуля. Я решила, что лучше быть одной, чем прибывать в ожидании того дня, когда тебя заменят на кого-то получше. Уж лучше тратить свое время на что-то более значимое, нежели на неблагодарных людей.
Спустя годы, когда же я оглянулась и осознала, сколько возможностей упустила, избегая новых знакомств, было уже слишком поздно вылазить из своего домика. Я стала отшельницей и боялась снова обжечься.
Я жила словно в огромном куполе. Я создала себе мир, сотканный из книг и одиночества, мир в котором я чувствовала себя комфортно и непринужденно, мир в котором я могла быть собой. И мне не нужно было больше. Я научилась не обращать внимание на людей, я научилась сливаться с комнатой и становиться незаметной. Иногда казалось, что меня и вовсе никто не замечает внутри моего воображаемого круга и меня это устраивало. Но Питер заметил и все стремительнее старался разрушить барьер, который служил мне уютным домом.
Много лет спустя я поняла, что это был не только дом, но и моя тюрьма, в которую я собственноручно заточила себя. Тюрьма, в которой я чувствовала себя безопасно, зная, что никто не может войти, но и выбраться из нее самостоятельно была не в силах.
1 января 2021 г.
Питер, как и обещал, ждал меня около дома в субботу ровно в три часа.
Мне хотелось быть красивой для него, а потому, уже зная, что он приедет, я около получаса подбирала себе платье в гардеробе и делала макияж, надеясь произвести на него впечатление.
Платье нежно-розового цвета, которое я купила в конце второго курса для празднования помолвки моей одногруппницы, не было вычурным. Оно было аккуратным, длиной до середины голени, однако для меня все равно казалось через чур нарядным. Я уложила длинные темные локоны на правую сторону и еще раз скептично осмотрела себя в зеркале.
Я была красивой.