Алкоголь сыграл свою роль, потому что я сдалась и вывалила Питеру все, что я думала о себе и его любви ко мне:
-Происходит то, что я хочу тебя! Я так чертовски сильно тебя хочу, Питер, что это буквально съедает меня живьем каждый чертов день! Я засыпаю, представляя как твои руки ласкают мое тело, а ты накрываешь меня своей тяжестью. Боже, да я ежедневно дрочу на твоей кровати, вдыхая запах твоих простыней!
-И почему это проблема? – удивился Питер.
-Потому что каждый раз, когда я представляю, как ты видишь меня голой, я начинаю видеть разочарование в твоих глазах! Потому что мое тело ужасно! Потому что ты идеален! И идеальный мужчина не должен любить неполноценную женщину! Разве это непонятно?!
Какое-то время Питер просто смотрел на меня, вероятно, пытаясь переварить мои слова. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но передумал и вместо этого принялся стягивать с себя майку.
-Что ты делаешь? – удивилась я.
Мужчина проигнорировал меня.
Сняв майку, Питер перешел к брюкам, которые упали у его ног, а за ними последовали и трусы с носками. Он откинул одежду в сторону и предстал передо мной в чем мать родила.
Меня шокировал его неожиданный поступок настолько, что я забыла о том, что минуту назад начинала плакать. Я впервые увидела Питера голым. К его обнаженному торсу я успела привыкнуть, а вот все остальное было для меня открытием.
-Питер, что ты?..
-Заткнись, Лия!
Мужчина отошел от меня на несколько шагов назад, чтобы оказаться полностью в области моего зрения.
-Ты считаешь меня идеальным? – спросил он. – Однако я себя таким не вижу. Хочешь узнать, что я думаю о своем теле? Я думаю, что у меня по-прежнему высокий процент жира, хотя я как проклятый пашу на тренировках дабы его и вовсе не было и я отлично смотрелся в камерах во время боев. Я думаю, что у меня короткие руки, будь они длиннее мне было бы проще в спаррингах. Я ненавижу свой нос, мало того, что он с детства огромный, так благодаря боям он еще и кривой. Ненавижу свои губы, они кажутся слишком женственными. Меня бесят мои зубы, они желтые и кривые. Давно хотел поставить брекеты, но уже смирился с мыслью о том, что до окончания моей карьеры они мне не светят. Мне не нравятся мои ладони, пальцы как гребанные сардельки, а ногти и того хуже. На член я не жалуюсь, ведь он приносит мне удовольствие, однако я видел члены куда красивее и будь у меня возможность, вероятно, тоже заимел бы себе другой. Ты все еще считаешь меня идеальным, Лия?
Все, что говорил Питер казалось бессмысленным, ведь я не могла понять, как он может находить в себе столько изъянов, когда я не видела ни одного. Он был идеален и все, что Питер наговорил тогда было полным бредом. Я любила его нос, и обожала губы. Его руки мне казались превосходными, и улыбка у него была прекрасной.
-Да.
-Тогда почему ты не понимаешь что то, что видишь ты, отличается от того, что вижу я?
И все равно я отказывалась понимать. Питер был идеальным. Я – нет.
-Иди сюда, - Питер протянул мне руку, и я настороженно вложила в нее свою.
Мужчина повел меня в прихожую к тому огромному зеркалу, из-за которого и был устроен весь этот скандал. Питер поставил меня перед зеркалом, а сам, по-прежнему абсолютно голый, встал позади меня.
Смотря на меня через отражение, Питер потянул собачку замка на моем платье, расстегивая его. Я замерла.
-Пит, - испуганно позвала я.
-Доверься мне, - прошептал он, целуя меня в шею.
Когда Питер расстегнул замок, он принялся медленно стягивать платье с моих плеч, пристально смотря мне в глаза. Спустив платье до талии, он поцеловал мое плечо, а потом и вовсе стянул остатки ткани. Платье осталось лежать у меня в ногах.
Питер ничего не говорил. Его руки медленно поползли вверх, двигаясь в направлении моего бюстгалтера. Он отстегнул застежку и принялся спускать шлейки, высвобождая мою грудь.
Хотелось закрыться от Питера и самой себя, но я не делала этого. Хоть желание скрыть свою грудь стало всеобъемлющим.
Питер по-прежнему не совершал лишних действий. Он, по сути, даже не касался меня, лишь сбрасывал мою одежду, раздевая меня и открывая мое тело для нас обоих.