«Значит, сумел уйти», — удивленно подумал Антон.
— Ну, чего стоишь? — услышал он голос Наташи.
— Да так, — буркнул он, — Ведь…
— Слушай меня, — она подошла к нему вплотную. — Я поняла, кто ты, почти сразу, но думала, что ты действительно захотел спокойной жизни и, — она смущенно опустила голову, — женской ласки. Но оказалось, что ты просто нашел, как у вас говорят, крышу с телкой, — ее губы тронула горькая улыбка. — Если бы в том, что ты совершил, не были замешаны Тимур и Гога, я бы не стала выгораживать тебя, а немедленно сообщила бы милиции…
— Так какого хрена ты солдафонам блевотину тискала! — вспылил Антон. — Мол, муж! Ты бы…
— Дурак ты, — опустив голову, совсем тихо сказала она. Давно не слышавший такого Зубр, удивленно округлив глаза, смолк.
— Люблю я тебя, — прошептала Наташа. Резко повернулась и бросилась в калитку. — Беременна я! — услышал пораженный Антон.
— Вот это да, — суетливо порывшись в карманах, нашел мятую пачку сигарет, достал одну, сунул в рот. Подбежав к двери дома, Наталья толкнула ее и растерянно остановилась. Ведь ей казалось, что дверь…
— Тихо! — услышала женщина угрожающий голос. Испуганно ойкнув, хотела повернуться. Выскочивший из-за большого шкафа длинноволосый парень с серьгой в правом ухе опустил на ее голову рукоятку пистолета. Женщина молча упала ему под ноги. Сунув пистолет за ремень, он схватил ее за руки и подтащил к двери на кухню. Тихонько стукнул, дверь приоткрылась.
— Это я, — бросил длинноволосый.
Антон жадно выкурил сигарету, вздохнул, вошел в калитку и направился к дому. Новость ошарашила его. Он вдруг понял, что слова Наташки пробудили в нем незнакомое ему раньше чувство.
«Как под помиловку попал. Вместо пятнашки трояк оттянул».
Зубр подошел к дому.
— Натка, — громко позвал он, — я это… Ну, короче… — злясь, что не может сказать того, что хочет, — ты знаешь, кто я, поэтому давай куда-нибудь подальше в сельпо укатим и пересидим там этот кипиш, — Как будто под суд попал, — пробормотал Зубр.
— Тарас? — открыв глаза, удивленно простонала Наталья.
— Я, — кивнул склонившийся над ней Журин и, оглянувшись на парня с серьгой, строго спросил. — Как ты с турбазы выбралась?
— Ох, ты и сволочь! — приходя в себя, прошептала она. — Родственник называется!
— Ну будет тебе, — прикрикнул он. — Если бы не я, с тебя бы уже кожу сняли и вместо пугала поставили, — присев рядом с лежащей двоюродной сестрой на пол, спросил. — Не знаешь, кого там арестовали?
— Всех, — с вызовом ответила она. — И про тебя спрашивали.
— Я так и знал, — обреченно вздохнул Тарас, — сдали, суки. Строят из себя крестных отцов.
Наташа, поморщившись, дотронулась до затылка, одернула задравшуюся юбку.
— Зачем меня ударил? И вообще, что ты здесь делаешь? Выметайся! поднявшись, рукой указала на дверь.
— Заткнись! — к ней подскочила коренастая черноволосая женщина. — Это все из-за тебя! — крикнула она. — Это ты своему хахалю рассказала про получку, сволочь! — и сильно ударила Наталью по щеке. Наталья в долгу не осталась и влепила женщине полновесную пощечину.