— Да, — словно вспомнив, она посмотрела на него, — что удалось выяснить о перехвате денег?
— Ничего существенного, — равнодушно отмахнулся он. — Милиция уверена, что они сами себя перестреляли. А на самом деле все гораздо проще. А почему тебя это так интересует? — он подозрительно взглянул на жену.
— Да хотя бы потому, — раздраженно ответила здесь замешан друг нашей семьи! Твой товарищ и мой несостоявшийся супруг!
— Так вот что тебя волнует, — усмехнулся он, — все не можешь забыть, что Иван предпочел тебе Анну.
— Если оно и так, — зло блеснула глазами Зинаида, — то это относится только к ней. А Ванюше я не могу ни забыть, ни простить другого. И ты прекрасно знаешь, о чем я говорю! Поэтому мне не понятно твое бездействие. Ведь появился редкий шанс разделаться с Рединым. И — что самое главное — чужими руками. Нужно дать Касыму тонкий, но понятный намек, что…
— А твою подругу, у которой ты была, — перебил ее Зяблов, — не Касым зовут?
— Как ты смеешь! — воскликнула Зинаида. Бросила на него быстрый, злой взгляд, схватила халат и быстро пошла к двери.
— Значит, она была у Касыма, — пробормотал Зяблов. Криво улыбнувшись, подошел к телефону и когда ему ответил женский голос, сказал:
— Она вернулась.
— Шеф, — в открытую дверь быстро вошел гибкий парень, — звонил майор Зимин. Сегодня ночью бывший начальник медвытрезвителя не справился с управлением и погиб.
— Придется поехать посочувствовать, — усмехнулся Зяблов.
— И еще, — из-за спины парня появился высокий в камуфляже. — Только сейчас получено сообщение о том, что в деревне Выселки убита мать Волошина. Туда выехала следственная бригада областного УВД.
— Вот как? — Зяблов изумленно посмотрел на него. — Что еще?
— Зимин позвонил сразу же после разговора с ним, — высокий кивнул на вошедшего первым. — Подробности сообщит позже.
— Вот что, — решил Константин Федорович, — немедленно пошли в деревню пару парней поумней. Пусть послушают, что деревенские говорят. Просто зайдут в магазин, и все. Там обычно все новости обсуждают. Но пошли таких, — предостерег он, — чтобы мордами попроще были. И оделись подобающе.
— Ни хрена себе! — возмущенно говорил дядя Степан. — А что я еще мог?! Он, гаденыш, на меня пистоль наставил! А второй, если бы я не пульнул, укатил бы!
— И все-таки ружье у вас придется забрать, — словно сожалея об этом, сказал капитан милиции. — Эксперты осмотрят, сравнят…
— Так, может, вы и меня загребете?! — загремел мужчина. Его крупное лицо побагровело. — И за решетку! Как убийцу!
— Перестаньте, Степан Семенович, — попросил капитан, — никто вас загребать, как вы выразились, не собирается. Я же говорю вам…
— А как я на пасеку без ружья поеду? — сердито спросил дядя Степан. — Ведь сейчас таких, как эти, хоть пруд пруди! Или друзья ихние! Не дам ружье.
— Степан Семенович, — капитан улыбнулся, — неужели вы думаете, я поверю, что это у вас единственное ружье? — он подмигнул Степану и засмеялся. — А ружье вам очень скоро вернут, даю слово.
— Ну да, — буркнул тот, — в милицию попало — пиши пропало.
— Нехорошо вы о нас думаете, — весело заметил милиционер.
— Так я один, что ли, так думаю, — Степан Семенович пожал плечами.
Сидя на корточках у стены, Волошин, не отрываясь, смотрел на очерченный мелом силуэт.
— Мама, — шептал он.
— Сейчас с ним говорить бесполезно, — тихо сказал человек в штатском. — Ведь на его глазах убили мать, а до этого жену и дочь.
— Да, в сущности, и говорить-то не о чем, — вздохнул невысокий полковник милиции. — Все ясно. Но говорить все равно придется. Не сейчас, — опередив собравшегося возразить оперативника, согласился он.
— Товарищ полковник, — к нему подошел лейтенант милиции. — Только сейчас передали — второй по дороге скончался. Врач «скорой» делал все возможное, но бесполезно. Он даже в сознание не пришел. Картечины в шею глубоко вошли. Врач сразу сказал, что если выживет, то говорить не сможет.
— Вот она, жизнь, — недовольно сказал полковник. — Таких, как эти, на месте, без суда и следствия стрелять надо, а их в «скорую»! А мужиков по допросам затаскают.
— Машину кто осматривал? — взглянул на «жигули» преступников, спросил он.
— Ничего, — ответил подошедший капитан, — бутылка шампанского и три банки пива.
— Запрос в ГАИ сделали?
— В угоне. Вчера ночью увели от бани. Хозяин сразу позвонил. Но перехватить не удалось. Номера- то другие. Сейчас проверяют хозяина этого номера.