— Мотор не заводить, — приглушенно бросил старший, — идем не веслах.
Редин просматривал документы.
— Ваня! — укоризненно проговорила вошедшая Анна. — Ты снова работаешь! Вот пожалуюсь Антонине Викторовне, — улыбаясь пригрозила она, — пропишет она тебе уколы. Будешь знать.
— Да я привык постоянно чем-то заниматься, — виновато сказал Редин. — Пока что-то делаю, вроде живу. А то чувствую себя развалиной.
«А кто ты есть-то?» — подумала она.
— Где Валентина? — спросил Иван Степанович.
— Ушла по городу шататься, — неприязненно ответила Анна.
— Так вы и не смогли найти общего языка, — с сожалением сказал Редин.
— Мне найти общий язык с этой…. — усмехнулась Анна. Подыскивая подходящее определение, замолчала.
— Не надо, Аня, — попросил Редин, — все-таки она моя дочь. И когда я… — он вздохнул. — Вообще я ей многим обязан. Ты знаешь, чем. Хотя бы тем, что мы сейчас вместе.
— И то только потому, — не замедлила напомнить Анна, — что я сумела отшить Зинку!
— Ты же знаешь, что с ней у меня ничего серьезного не было, — пробормотал он. — Все-таки Костя моим другом считался. А она своим телом, так сказать, — усмехнулся он, — отплатила мне за то, что я ее мужа от трибунала отмазал. Хотя…
— Зачем ты мне-то врешь? — вспылила Анна. — От трибунала Костю спас мой отец. Просто ты все так подстроил, что они до сих пор думают, что это сделал ты!
— Давай прервем этот разговор, — попросил Редин, — потому что в последнее время на меня столько свалилось, — он покачал головой. — Самое главное — еще с Федькой не все ясно.
— Что? — встревожилась Анна.
— А то, что там кто-то запомнил номер его машины. И это еще не все. Он, оказывается, убил со своими придурками жену и дочь какого-то пчеловода. И, что неприятно, этого пчеловода никак не могу убить. Прямо заговоренный какой-то! — помолчав спросил. — А кстати, где наш сын? Я, признаться, последнее время постоянно ожидаю от него чего-то не совсем здравого.
— Это потому, — заявила Анна, — что ты все еще считаешь его избалованным мальчишкой. А ведь он уже сформировавшийся человек, мужчина, — увидев, что муж хочет возразить, напомнила. — А его нападение на людей Касыма? На это мог решиться только решительный, смелый человек.
— Это ты так думаешь! — разозлился Редин. — А ты знаешь, чего мне стоит уладить это? Я потеряю денег больше, чем он их приобрел!
— Но, извини, ведь в этом замешана и твоя, девочка, — съязвила Анна, — это ее идея. Феденька только исполнитель.
— Все, — Иван Степанович закрыл глаза, — я устал.
Зло взглянув на него, Анна вышла.
— Я что-то не пойму, — Валентина испытующе посмотрела на Федора, — как ты переправил деньги Блохину?
— Пират поехал в гости к своей маман в Тулу. Вот я и отправил баксы с ним. Позвонил Зайцу, чтобы он встретил его. А Заяц…
— Я знаю, что он работает на Блохина, — кивнула Валентина. — Но, по-моему, ты поторопился. Нужно было сначала оговорить с Вадимом Сергеевичем твердую цену. Способ доставки товара, оплаты и так далее. И самое главное, чтобы исключить возможность…
— Подожди, — остановил ее Федор, — ты сама говорила, что обо всем, с ним договорилась. Если нет, то на кой мы ему баксы отдали?
— Да, я оговорила с Блохиньш покупку первой партии. И те деньги, которые я просила тебя передать ему, — аванс. Товар мы получил через три дня после того, как Блохин получит аванс. Оставшуюся сумму отдадим ему, когда будем принимать первую партию в Электростали.
— Значит, ты решила сама заняться основным бизнесом папаши? — усмехнулся Федор.
— Отец стар, — ответила Валентина, — и я не хочу, чтобы созданная им империя распалась после его смерти.
— Отлично сказано, — Федор с уважением посмотрел на сестру. — Но мне интересно, какое место ты отведешь мне после того, как станешь императрицей?
— Ты сын моего отца, — спокойно сказала Валентина. — Значит, мой брат. Ты доказал, что можешь быть решительным и умеешь действовать. Так что, скорее всего, если тебя это устроит, — она серьезно посмотрела на него, — мы будем равноценными партнерами.
— Валька, — восторженно выдохнул он, — да я для тебя все что угодно сделаю.
Обхватив ее за плечи, звучно чмокнул в щеку. Он не мог видеть ее лица и поэтому не заметил брезгливой и презрительной улыбки.
Посматривая на часы, Пират нетерпеливо расхаживал перед зданием гостиницы. Остановился, со злостью огляделся, шагнул к урне, бросил окурок. Потом поправил на плече ремень спортивной сумки и быстро спустился по ступеням.
— Игорь! — раздался справа от него веселый голос. — Привет!