– Мария, поймите и вы меня. Если бы вы действительно были подругой брата, то я бы это обязательно знал!
– Мы не настолько были близки.
– А насколько?
– Пара незначительных встреч простого общения. Не более.
– Тогда зачем вы теперь вспомнили о нём, если ничего значительного между вами не было?
– Мне сон плохой приснился, вот и решила узнать, всё ли в порядке у него! – огрызнулась я.
Этот Алекс мне совсем не нравился. Так и хотелось ударить его чем-нибудь тяжелым по голове, чтобы сбить с него спесь и вернуть того прежнего Алексея, который во мне пробудил сестринские чувства.
– Поздно же он вам приснился, – с горечью в голосе заметил Алексей и сделал большой глоток кофе.
– Да, – согласилась я. – Очень поздно.
Взгляд невольно вернулся к стоящему Виктору. Он смотрел на меня с грустной улыбкой на губах. Потом сделал шаг ко мне и, протянув руку, провёл ладонью по моей щеке.
Я же, затаив дыхание и позабыв обо всём на свете, завороженно следила за ним. И пусть я ничего не почувствовала кроме лёгкой прохлады, но и от этого моё бедное сердце сделало кульбит в груди. Он впервые прикоснулся ко мне! Впервые не остановился на полпути! Впервые не отдёрнул свою руку…
– Мария! – в который раз позвал меня по имени Алекс.
Закрыв на мгновение глаза, я вернула самообладание и, вновь их открыв, натянуто улыбнулась.
– Извините, вспомнила сон, – солгала я.
– Я так и понял по вашему отсутствующему взгляду.
– Я бы хотела увидеть Мишу. Это возможно? – игнорируя хмурый взгляд своего призрака, в очередной раз сменила я тему разговора.
– Зачем вам? Или вы и с ним знакомы? – вопросительно изогнув бровь, в свою очередь спросил Бероев.
– Нет. Не знакома. Но очень хочу это исправить. Можно?
– Я подумаю над вашей просьбой. А теперь хотел бы вновь вернуться к теме: брат и вы.
– Хорошо, – пожав плечами, согласилась я, хотя даже не представляла, что именно ему буду рассказывать.
Почему-то раскрывать свою маленькую тайну я не хотела. Почему? – спросите вы меня. Я отвечу. Всё очень просто. Во-первых, не в людном месте о таком рассказывать, ведь Алекса обязательно бы пришлось убеждать в правдивости всего, пока он со словами «чертова сумасшедшая!» не дал бы дёру от меня. Во-вторых, – и это самое главное – не хотела я кому-либо открывать свой секрет. Это моё личное. Пусть это и эгоистично…
Алекс, сложив руки на груди, откинулся на спинку дивана, давая понять, что внимательно меня слушает. А я, прикусив нижнюю губу, усиленно раздумывала, что бы ему рассказать? И почему раньше не сообразила придумать что-нибудь? Столько времени у меня было.
– Я жду, Мария.
Но тут зазвонил его мобильный телефон. Я облегчённо выдохнула. А Бероев кратко с кем-то переговорил, быстро попрощался со мной и, оплатив счёт, ушёл. Однако как всё удачно получилось!
Я в очередной раз облегчённо выдохнула и улыбнулась. Виктор занял место брата и, внимательно следя, как я поглощаю свой шоколадный десерт, произнёс:
– Почему ты не хочешь рассказать Алексу обо мне?
Я достала свой мобильный из сумочки и, сделав вид, будто с кем-то разговариваю по телефону, спросила:
– А нужно?
– Не знаю.
– Зачем ему делать ещё больнее? Он и так винит себя во всём. И сомневаюсь, что известие о том, что ты ничего не помнящим призраком скитался практически год, его обрадует.
– Ты права, – подумав, сказал Виктор. – Вот только нужных ответов мы так и не получили.
– Не расстраивайся. У нас всё ещё впереди. Согласись, что за довольно короткий промежуток времени мы смогли найти твою семью, и к тебе практически вернулась память. Это огромный шаг вперёд. Я уверена, что мы обязательно выясним, кто виноват в той аварии!
– Согласен, – выдохнув, проговорил Бероев, внимательно глядя в мои глаза.
Предгрозовые очи потемнели так, будто сейчас начнётся ужасный шторм, и я перестала улыбаться.
– Что? – глухо спросила я, стараясь унять дрожь в руке, в которой держала мобильный.
– Мне кажется, что если мы не найдём виновного до 25 мая, я останусь в своём аду навсегда, – признался призрак.